Который запросто проник в ныне временно никем и ничем не охраняемое львиное логово, при этом оставаясь для всех и каждого внеподозрительным инкогнито, и для этого ему вполне хватило обыкновенной маггловской толстовки с капюшоном. Почти ничем не примечательной. Настолько, чтобы слишком безнадежно-поздно вспомнить, эту несуразно-непонятную и некрасиво растянутую чуть ли не на всю спину надпись, на которую из злорадно-мстительных и фэшн-катастрофичных побуждений когда-то уверенно пал ее выбор в стенах единственного одежного магазина тихого британского захолустья… Гермиона же сама купила эту толстовку для Драко! Как она могла не узнать ее?! Впрочем, переживать об этом сейчас совершенно не стоило, ведь броский рисунок подошвенного протектора, бесчисленное количество раз наблюдаемый ей в дождливо-слякотные летние дни на песчаном берегу реки и в безжизненной пыли проселочных английских дорог, она узнала сразу же. Он разборчиво-четко отпечатался в еще даже не успевших остыть и загустеть кашицоподобных и едко-зловонящих на десятки и сотни метров вокруг больших рвотных лужах серо-буро-малинового цвета, ведущих куда-то далеко прочь от таблички с надписью «Туалет для мальчиков»…
* * *
April Divine — Redemption
Глава 24 (часть I)
Ад-ре-на-лин. Как много в этом слове, состоящем из девяти букв и четырех слогов! Оно явственно отдавало легким привкусом неотфильтрованных фармакологических медикаментов вкупе с вышедшими из-под контроля психомоторными реакциями. Это первостепенно-важный и эволюционно-необходимый гормон, исправно вырабатываемый здоровыми надпочечниками, без которого своевременный запуск древнейшего и, пожалуй, наиболее необходимого для выживания любой мало-мальски жизнеспособной особи многокомпонентного ответного физиологического жизнеспасательного механизма, попросту не представлялся бы возможным. Но мало кто знает, что у адреналина есть брат, очень-очень похожий на него и с которым они неразлучно «ходят парой». Более того, этот таинственный и малоизвестный недоблизнец является первенцем, ведь норадреалин во всех смыслах приходится ему прямым предшественником. Стремительный и мощный выброс этих двух гормонов-катехоламинов (которые являются незаменимыми в критически-кризисные моменты в качестве своеобразных химических посредников для обменных процессов) воздействует на дееспособный человеческий организм подобно резкому впрыску закиси азота во впускной коллектор ревущего автомобильного двигателя внутреннего сгорания.
Иными-простыми словами, мобилизуется абсолютно все, что только может и не может тоже, благодаря чему даже самое тщедушное, худосочное или полудохлое тело практически молниеносно достигает максимально-предельного пика своих физических, психических и каких бы то ни было еще возможностей: каждая отдельная клеточка начинает готовиться к повышенно-активной работоспособности. Стимулирующее воздействие лавиннобразно-бурлящего всплеска адреналина столь велико, что происходит беспромедлительное и значительное увеличение мышечной силы, существенное улучшение скорости всей совокупности реакций, ощутимо-неощутимое повышение общей выносливости и пограничное обострение чувствительности всего арсенала объединенно-коллективных рецепторов. О, и ни в коем случае нельзя забывать о кардинальном повышении болевого порога! Как известно, для каждого отдельного индивидуума он сугубо индивидуален и зависит от целой-преогромной системы неразрывно взаимосвязанных между собой факторов, начиная от уровня суммарных показателей биологической адаптации и заканчивая текущим состоянием гормонально-эмоционального фона, но конкретно в ее случае…