Спокойно! На этот раз штурмовать поезд попросту некому: оставшиеся Пожиратели не располагают такими ресурсами. Да и кто вообще станет стучаться прежде, чем напасть?..
— С дороги, Малфой, — почти неразличимо-тихо процедила Гермиона, одним рывком поднимаясь с места и тут же натыкаясь на широкую напряженную спину, молниеносно перегородившую ей путь к выходу из купе. Довольно сильное несколькосекундное головокружение, которое она испытала при этом, не помешало ей поспешно достать свою лозу из заднего кармана джинсов и уверенно направить острый наконечник виноградного древка в центр дверного полотна с опущенной до самого низа плотной шторкой, тогда как абсолютно никак не прореагировавший на этот требовательный шепот и даже будто бы вовсе не услышавший ее слизеринец неуклонно продолжал целиться условно-точно аккурат в голову тому, кто прямо сейчас то ли смущенно, то ли нетерпеливо откашливался из до сих пор неосвещенного коридора. — Я сама разберусь.
Мы с тобой только пару раз пересекались в настоящем бою, но этого вполне хватило, чтобы понять, что толку от тебя будет мало…
Гермиона как раз перестала бороться с очередной волной раздраженного негодования, резко накрывшей ее в связи с тем, что даже в такой потенциально опасный момент этот упрямо-преупрямый Малфой безрассудно продолжает делать только то, что ему там вздумается, и с бесцеремонной грубостью схватила его за рукав новехонькой школьной мантии с серебристо-зеленой эмблемой змеиного факультета (надо же, уже переоделся!..), чтобы оттащить это-мешающее-ей-тело куда-нибудь в сторону, как вдруг:
— Эй, Гермиона! Мы все купе обошли! Может, уже покажешься?
После пары глухих ударов, но в целом куда более настойчиво-навязчивого стука, наконец, послышался знакомый мужской голос, который даже при всем желании нельзя было перепутать ни с каким другим. От приветливого звучания этого глубокого выразительного тембра и без того норовящее выскочить из содрогающейся груди сердце сначала высоко подпрыгнуло, а потом замерзшей ледяной глыбой стремительно улетело куда-то в область пяток, ибо, с одной стороны, она была невероятно-сильно рада слышать его, а вот с другой — очень не очень.
— Слышал?! Это Дин Томас! — как можно быстрее и тише шепнула Гермиона прямо на ухо резко вздрогнувшему Малфою, машинально выпуская неоправданно дорогую ткань из своих трясущихся пальцев, торопливо запихивая волшебную палочку обратно в карман и кое-как протискиваясь мимо словно окаменевшего слизеринца, чтобы воспользоваться столь удачно представившейся ей возможностью, в два счета оказаться возле маленькой дверной защелки и взяться за нее нетвердой рукой. Услышав, нет, скорее, почувствовав, что Малфой еще только со-би-ра-ет-ся зачем-то потянуться к ней, с вновь непонятно откуда взявшейся силой дергая за ручку и сердито бормоча уже самой себе под нос: — Чтобы ни звука от вас двоих!..
Ладно. Все нормально. Я быстро его спроважу.
Уже в следующее мгновение она практически просочилась в коридор все так же мерно покачивающегося "Хогвартс-экспресса", равнодушно следующего по намеченному маршруту с небольшим опозданием в четком расписании. Она выскочила из маленького душного купе настолько молниеносно-быстро, что незваный гость не смог бы заглянуть внутрь него даже при всем своем желании (которого у него, кстати, вроде бы не имелось): сквозь лишь на считанные доли секунды не до конца приоткрывшийся входной проем было решительно невозможно ничего разглядеть. Гермиона даже еще не успела смачно впечататься в слишком уж близко стоящего к купейной двери озадаченно моргающего мулата, а та уже благополучно вернулась на прежнее-безопасное место, не издав практически никакого шума при этом.
— Здравствуй, Дин! Не ожидала встретить тебя здесь! — внутренне мандражирующая Гермиона приложила максимум оставшихся в ее оскудневшем запасе усилий для того, чтобы сделать собственный голос как можно более любезно-дружелюбным, а сводимое нервическими судорогами лицо — расслабленно-добродушным. Во-первых, для того, чтобы никто и ничего не заподозрил до их совместного прибытия в школу. Во-вторых, потому что ради ошарашенно потирающего ушибленный подбородок Дина можно и нужно было как следует напрячься, ведь на предстоящем пиру у практически всех гриффиндорцев без исключения будет на один весомо-значительный повод для радости меньше… — Но ты молодец, что все-таки решился поехать в Хогвартс! Как поживаешь, как семья?