— У вас будет попытка загладить свою вину. Чуть позже у меня в номере.
Отстранившись, Голдар встал рядом, словно ничего только что мне не говорил и даже не смотрел в мою сторону. А я застьша соляным столбом, так как неприятный осадок осел в душе. Это ведь не то, о чём я подумала? Он же не намекал на секс?
Неужели моральные устои манаукцев не так высоки, как мне казалось? Неожиданное открыгие. Неожиданное и неприятное.
Хотя чего я, собственно, хотела от мужчины?
— Свою вину я готова загладить, но не чужую, — решила, что оставлю-ка я последнее слово за собой. Не всё же манаукцу победно ухмыляться.
Телохранители переглядывались украдкой, что мои, что Аранка, а тот лишь улыбался как мальчишка.
— О, зря вы это сказала, госпожа Рысь. Очень зря.
Я аж передёрнула плечами, четко осознавая, что точно зря. У Аранка глаза зажглись азартом, теперь точно вляпалась. Ведь специально будет ловить меня на слове. А я и так, неважно себя контролирую без полноценного сна и нормального обеда.
Зря! Эта мысль билась в голове, когда мы вошли в транспортник, и манаукец зажал меня в углу сиденья, жарко нашёптывая, что никогда и не мечтал оказаться на земной станции, при этом я чувствовала себя лежащей на лопатках под его огромным телом. Его пальцы гуляли возле плеча, неловко соскальзывая со спинки сиденья.
Манаукец норовил навалиться на меня, указывая то на Одну вывеску, то на другую, требуя рассказать что это.
Я пыталась абстрагироваться от этих прикосновений, от шёпота возле уха, от подозрительных взглядом телохранителей, которые всенепременно доложат кому следует 0 том, что видели.
Всё тлен, главное астероид и моя цель — кресло в совете директоров.
К концу условного вечера злость на манаукца меня просто распирала. Я вздрагивала от любого его прикосновения, которые стали совсем уж неприличными!
А после того, как он умудрился облапать мой зад, пока я нагибалась к окошку, чтобы переговорить девушкой-администратором в комитете по надзору за внешними торговыми отношениями, так вообще захотелось отметелить зарвавшегося модифицированного. Что он себе позволял? Кто дал ему право так со мной обращаться? Если я женщина, это не значит, что слабее. Так что на ногу я ему три раза чисто случайно наступила и кейсом в коленку угодила тоже не прицельно! Жаль, что эти намёки не возымели на манаукца должного эффекта. Как ещё ужин пережить?
— Ши Голдар, нам нужно поговорить, — очень строго заявила я манаукцу, стоило ему пододвинуть свой стул к моему.
— Прекрасно, я готов не только слушать. — Мужчина с задорной улыбкой намекнул, что слушать точно не намерен, у него явно другие планы.
— Что на вас нашло? — добавила льда в голос. — Проанализировав ваше поведение, я пришла к выводу, что вы обиделись на меня и мстите.
Да, именно так я и думала после всех приставаний, обтирания его рук об мою многострадальную юбку, которую уже хотелось снять и выбросить!
— С чего такие мысли, госпожа Рысь? Это не месть, я развлекаюсь, — честно признался манаукец, что я права в своих предположениях. Больно наступила ему на чувство собственного достоинства своей репликой.
Но даже глядя в алые глаза, совершенно не чувствовала веселья с его стороны, наоборот, он словно бросал мне вызов и ждал, что я приму его. Он что-то задумал или же неправильно всё понял. Хотя ощущение, что мне откровенно мстили, не отпускало. Мужчины хитры в этом плане и любят платить по счетам. Поэтому и нужно было исправлять положение, брать всё в свои руки.
— Развлекаетесь, — усмехнулась я. Тревога и беспокойство отнимали у меня аппетит, и на свой салат я даже не взглянула, хотя несколько минут назад была очень голодна. — А рабочие моменты от личных не умеете отделять?
Глупо было думать что не умел. Как бы Аранк меня ни доводил в течение дня, он умудрялся всё держать под контролем и даже помогал в продвижении решения, чётко отвечал на вопросы инспекторов, давил напоминанием 0 торговых соглашениях, принятых у всех членов Союза. И казалось мне, что вопрос с продажей астероида разрешится весьма скоро.