Поэтому Аранк не завидовал тем, кто мечтал о детях. Не завидовал тем, кто вообще заводил отношения. Любовь единица непостоянная, но она уже поселилась в его сердце. И время ещё было вырвать её как сорняк, чтобы не пустила корни глубже, но отчего-то манаукцу этого не хотелось делать. Ласковая, страстная, стонущая под ним и для него Ольга ему безумно была нужна. Он боялся даже представить, что всё закончится. Скоро сделка состоится и не будет повода быть рядом с ней как можно ближе. И её муж прав, ему нечего ей предложить, чтобы заинтересовать. Он был богат, с этим сложно не согласиться. Ей нравился с ним секс, и слепому это ясно, но и тут муж Ольги прав, страсть угаснет, секс потеряет свою изюминку.
Злость от бессилия заставляла пальцы сжиматься. Банка с пивом жалобно скрипнула, а пена намочила кулак. Чем увлечь Ольгу, что ещё предложить? Как привязать к себе?
— Эй, ты чего, друг? — забеспокоился Линт, отнимая банку из рук Голдара. — Ты в последнее время плохо себя контролируешь. Что с тобой? Давно не тренировался?
Пойдём сходим в спортзал, выпустим пар?
Аранк молча кивнул, продолжая думать о своей проблеме. Ольга. Он не мог её упустить. Это было ясно как день. Жизнь без неё потеряет смысл.
И чтобы придумать очередную ловушку для неё, нужно спустить пар и очистить разум от пессимистических дум. Ведь всегда можно украсть то, что в руки не даётся.
Подло, зато верный способ. Хотя что это ему даст? Очередной поток слёз, от которых все внутренности сводит. Нет. Украсть нужно не саму Ольгу, а её интерес, тут Линт прав. Женщины любопыгны. А Ольга самая настоящая женщина, сводящая его с ума!
Когда после обеда, после того, как были улажены вопросы по поводу слежки за подозреваемыми, а также выслушаны предупреждения, что выходить вернее всего будут напрямую к Ольге, Голдар и решил, что пусть предлагает сама. Да, у него нет ничего, чем можно её заинтересовать. Пусть сама скажет чего хочет от него. Ещё эта ревность, которая вспыхивала каждый раз, когда фаворитка пыталась оттолкнуть его. Президента зачем-то приплёл, а оказалось весьма удачно. Именно мысль о нём натолкнула на одну идею.
Отец конечно же будет рад, что сын наконец — то заинтересовался бизнесом. Надо будет обговорить с ним чуть позже этот момент. Уходить со службы Аранк не планировал, но ради фаворитки готов был пойти на небольшие жертвы. Наверное, готов, он пока не мог сказать себе точно. Голдар представлял себя начальником Ольги, и эта идея грела его самолюбие и чувства собственника. О да, Ольга любила деньги, любила контролировать всё в своём мире, так почему бы не стать центром этого мира, Сдвинуть президента Брауна куда подальше. Мысленно манаукец представил, как пинком под зад вышвыривает старика из эпицентра светлого круга, вокруг которого плавно кружит фаворитка на своих высоченных тонких каблуках, недовольно поглядывая на него сквозь стёкла очков.
Да, Аранк хотел, чтобы фаворитка выслуживалась перед ним. И задания он бы давал ей не такие опасные, зато весьма и весьма пикантные. Вышагивая по коридору к лифтам и через плечо поглядывая на еле поспевающую за ним Ольгу, манаукец ухмылялся. Он развеет миф, что он покровитель на три дня. Ольга будет с ним всю жизнь. Аранк станет планомерно исполнять её желания, как и говорил Торас.
Наверное в этом и была его ошибка с другими подопечными. Он всегда решал их проблемы сразу, не откладывая на завтра. Хотел выглядеть в их глазах надёжным покровителем, пусть строгим, но справедливым.
Ресторан находился этажом ниже, и можно было бы спуститься по лестнице, но Аранк помнил о словах мужа Ольги — статус. Для фаворитки это важно. Он будет держать планку с ней. Станет недосягаемой звездой, к которой она сама протянет руки.
Очередной взгляд через плечо и Голдар вздохнул. Всё же Ольга была красивой женщиной. Его женщиной. И ни в какой ресторан не тянуло, но полковник Зетом сказал выводить фаворитку на люди, чтобы клиент клюнул на наживку. Но всякий кто клюнет, тот подпишет себе приговор и, возможно, смертельный. За Ольгу Аранк готов зубами в глотки впиваться.
Манаукец выдохнул, сжав кулаки. Опять эта ревность. Приняла бы уже фаворитка свой статус, и он бы спокойнее реагировал, а пока каждый мужчина казался врагом. Ведь она могла выбрать любого другого. Уйти легко и непринуждённо, так же, как и выбрала его, могла, не задумываясь, доверила свою жизнь незнакомцу.