Устало вздохнула, рассматривая наши маскарадные маски, наслаждаясь мягкими поглаживаниями по волосам.
— Отлично, — услышала я вместо слов поддержки и резко выпрямилась, изумлённо воззрившись на манаукца, который, подцепив пальцами мой подбородок, ласково погладил большим пальцем нижнюю губу. — У меня есть вакантное место директора.
Как раз работа для тебя.
— Кто ты, ши Голдар? — в который раз уже спросила, но слабо верилось, что и в этот раз услышу правду.
— Очень заботливый и внимательный покровитель, который сделает всё, чтобы его фаворитка занималась любимым делом, а заодно любила своего покровителя.
— О! — многозначительно вздохнула я, чувствуя, как завожусь от сладкой игры его пальца на моих губах, от того, как неотрывно Аранк смотрел на них и, кажется, желал поцеловать. Любить своего покровителя это сильно сказано. Но укусить в самый раз.
— Ай, — вскрикнула, чуть не прикусив кончик своего язык, когда Аранк ловко отнял палец. Ещё и погрозил им.
— Итак, я твой покровитель, а также президент, то есть прямой начальник, и я буду любить тебя, Ольга, прямо на твоём рабочем столе. Как тебе такая перспектива? Буду приходить и грязно домогаться тебя.
Я сглотнула, только представив это. Я увидела себя словно снизу, лежащей на столе с задранной юбкой, с широко раздвинутыми ногами, а между моих ног пристроился Аранк с строгом деловом костюме, ласково поглаживая обнажённые ягодицы. Тут же захотелось сжать поплотнее коленки вместе, чтобы усмирить похотливый жар, разрастающийся от ласковых поглаживаний по спине.
— Зачем? — тихо спросила, понимая, что точно не хочу, чтобы это стало реальностью. Я не хотела вновь чувствовать себя потаскухой. Только не после откровений с Голдаром. — Обычно таким занимаются с секретаршами.
— Да? — удивился Аранк так наигранно, смешно играя бровями. — Значит, будешь подрабатывать и секретаршей на полставки. Принесёшь мне кофе, заодно я тебя усажу на колени, и пока я будут пить его, ты станешь меня ублажать.
Тут мне стало совсем не по себе. Нет, я хотела бы оседлать его колени и, медленно расстёгивая рубашку, покрывать его грудь поцелуями, плавно спускаясь всё ниже, до самых брюк. Даже встать перед ним на колени, но…
— Зачем? — с трудом выдохнула, чуть не плача от обиды. Он ведь не Эдик и не Ной. Зачем ему так поступать со мной? Мне казалось манаукцы другие. — Аранк, зачем? Этим вообще-то занимаются проститутки за деньги. Они ублажают мужчин.
— Да? — осторожно подушечкой большого пальца погладил по моей щеке Голдар, сильнее прижимая к себе. — А я думал этим занимаются любимые женщины.
Воплощают любую свою фантазию с любимым мужчиной. Мне не нужна ни проститутка, ни секретарша, ни кто — то другой для этого, только ты. Ты, Ольга, моя единственная. Моя фаворитка.
Лёгкий поцелуй накрыл мои губы, не давая сорваться словам. Я хотела остановиться, постыдно сбежать. Слишком горячие нежности нашёптывал манаукец, в которые хотелось верить. Неужели он и вправду такой? Открытый, влюбленный в меня, заботливый. Это всё для меня? Так ведь не бывает. Во всём нужно искать подвох. Ничего бескорыстного нет в этом мире.
— Я люблю тебя, — прошептал Аранк, а я чуть не задохнулась от слёз, от боли в груди, от того восхищения, с которым смотрел на меня манаукец.
Или может быть хоть что-то в этом мире для меня бескорыстно? Просто потому, что он был искренним и настоящим?
Я ответила на его поцелуй, ласково поглаживая невероятно горячую, безупречно белую кожу его щёк, поражаясь в который раз нашим различиям в расах. Грубоватые черты лица для меня казались самыми прекрасными, они создавали облик Аранка самым притягательным, стирая давно уже не привлекательные унжирские черты лица Юмои. И волосы у Голдара жёсткие, не длинные, не шелковистые, но именно в них мне нравилось зарываться руками, щекоча ладонь и будоража свои нервы. Я возбудилась, возжелала Аранка так сильно, что вырвался стон. И через два удара моего взволнованного сердца я оказалась лежащей на кровати.
Голдар медленно закинул мои руки над головой, сладко томно поцеловал, словно нехотя отстраняясь. Плавно лаская широкими ладонями руки, спустился к груди, мягко сжимая, затем медленно приподнялся, оседлал мои бёдра. Он рассматривал меня алым опаляющим взглядом долго, очень внимательно, отчего я ещё больше заводилась. О чём он думал, глядя на меня, распростёртую под ним? Чего желал? Я хотела узнать эту тайну, проникнуть в сокровенные его желания. Но могла лишь прикусывать губу, слизывая привкус его поцелуя.