Ли чрезвычайно заботливо отнесся к Вивиан и её детям, и Джимми тоже, видимо, решил для разнообразия добросовестно выполнять обязанности отца и мужа. Когда родился ребенок, Джимми подарил Вивиан золотые часы за триста долларов. Это была первая в ее жизни дорогая вещь. Вивиан вскоре заметила, что кое-кто в семье Чагры не очень-то одобрительно отнесся к этому подарку, но она все равно носила часы. "Я считаю, что заслужила этот подарок", — говорила она. В ковровой лавке дела шли скверно. Хотя номинальным владельцем по-прежнему оставался Джимми, отец с матерью взяли под контроль все финансовые операции. Джимми продолжал увлекаться азартными играми и спускал на это всю свою долю дохода, а мать время от времени тайком совала деньги Вивиан. Когда было особенно трудно, на выручку, как всегда, приходил Ли. Незадолго до рождества в 1971 году Джимми сбежал в Калифорнию. В Эль-Пасо остались неуплаченные долги, которые теперь должен был погасить Ли, и лавка, которой теперь должны были заниматься родители. Ли был вне себя от ярости. Отец чувствовал себя плохо, а лавка находилась на грани банкротства. Тем не менее, когда по весне Джимми позвонил Вивиан из Калифорнии и попросил дать ему "еще один шанс", Ли велел ей ехать. Вивиан собрала кое-какую мебель и, прихватив детей, отправилась к Джимми в Калифорнию. Но она уже тогда знала, что их брак обречен. Вскоре она застала Джимми с другой женщиной, и это было последней каплей. "Я позвонила Ли и сказала, что беру грузовик и возвращаюсь домой, — вспоминала она. — Он умолял меня подождать хотя бы до приезда матери, которая собралась к нам на побережье. Мать прилетела с тремя сотнями долларов и отдала их Джимми. У меня в банке было тогда всего тридцать шесть долларов. Мать сказала: "Как только кончатся твои тридцать шесть долларов, прибежишь к нему как миленькая. У меня с Абду такое случалось не раз". Но Вивиан нарушила семейный закон: вернувшись в Эль-Пасо, она подала на развод.
"Мужчины в семье Чагры убили во мне все живое, — вспоминала потом Вивиан. — Я все еще считала себя женой одного из них, но до конца играть свою роль уже не могла Я не могла бесконечно говорить о своей любви и, затаив дыхание, ловить каждое слово мужа, как это делали другие женщины. Я знала, что причиняю боль Джимми, но еще большую боль я причиняла Ли. Я старалась быть поближе к семье из-за детей и еще потому, что этого хотел Ли. Но потом я поняла, что с меня достаточно. Джимми кое-как помогал мне, остальное делал Ли. С его помощью я постепенно встала на ноги. Я очень предана семье, но скрывать то, что наш брак был просто ужасным, я не могу".
Пока шла подготовка к разводу, с Абду случился сердечный приступ. Не успел Джимми прилететь домой из Калифорнии, как старика Чагры уже не стало. Теперь полноправным главой семьи оказался Ли. Вивиан не смогла заставить себя прийти на похороны свекра, и тогда кое-кто из членов семьи стал требовать, чтобы ей больше не помогали, но Ли и слышан" об лом не хотел. "Она же мать детей Джимми", — урезонивал он их. С помощью Ли и Джимми Вивиан купила себе дом в Антони (штат Нью-Мексико) почти на границе штата в Аппер-Вэлли. Какое-то время она работала в конюшне на ранчо, где выращивали скаковых лошадей. Затем Ли помог ей одолжить денег и открыть собственный бар около отеля "Шератон". Вивиан стала встречаться с другими мужчинами, но братья дали понять, что это им не нравится, и ухажеры быстро сообразили, что лучше оставить ее в покос. Ли никогда не терял надежды, что Вивиан и Джимми опять когда-нибудь сойдутся и будут жить вместе. Но Джимми проявлял к ней интерес лишь тогда, когда она начинала заглядываться на других мужчин. Вивиан знала, что Джимми все свое время отдавал теперь игре в блэк-джек. До нее также дошли слухи, что он якобы занимается и торговлей наркотика ми, но этому она не поверила, так как знала точно, что Джимми неодобрительно относится ко всяким наркотическим средствам, и даже к алкоголю, и не раз распространялся на эту тему в ее присутствии.