Она провела пальцами по губам и коснулась маленького следа туши на щеке. Разумеется, отражение в зеркале, было ее.
- Лаура?
Она резко обернулась, прижав руку к груди.
- Фостер. Я тебя не слышала.
- Очевидно, не слышала. Ты прямо подпрыгнула. - Его кресло остановилось на пороге между спальней и ванной. - Мануэло сказал мне, что ты дома.
Она поставила машину в отдельном гараже, вошла в дом через прихожую и поднялась по черной лестнице.
- Он сказал, что ты разговариваешь по телефону, - она улыбнулась. - По крайней мере, я так его поняла. Мне не хотелось прерывать разговор. Хорошо, что ты сегодня остался дома. Жара невыносимая. Все становятся такими раздражительными. Водители превращаются в настоящих маньяков, и сегодня в час пик на дороге еще опаснее, чем обычно.
Сообразив, что говорит слишком много и слишком быстро, она замолчала.
- Я имею в виду, что совсем замучилась и хотела принять душ, перед тем как увидеть тебя. Как прошел день?
- Все утро непрерывные переговоры, в том числе с представителями Федерального авиационного агентства, чтобы обсудить жалобы на нас со стороны «Саутвест» и «Америкэн».
- Ты должен выражаться более конкретно. «Саутвест» и «Америкэн» всегда на нас жалуются. Это высшая форма признания.
- Да, если бы мы разорялись, то не услышали бы от них ни звука, - улыбнулся он. - Как прошла твоя встреча с Гриффом Буркеттом?
Неожиданный вопрос, не связанный с темой их разговора, застал ее врасплох.
- Так же, как и раньше. Быстро. Эффективно.
- Я подумал, что, возможно, из-за этого ты вернулась так поздно.
- Почему?
- Просто так.
- Надеюсь, ты не ждал меня к обеду. - Она оставила его замечание без внимания.
- Миссис Доббинс сделала сэндвич, чтобы я мог продержаться до ужина.
- Хорошо.
- Так почему же ты опоздала?
- Я почти доехала до дома, когда вспомнила, что кое-что забыла в офисе, и мне пришлось вернуться. Мирна все еще была там.
- Моя помощница обычно уходит последней. Или твоя.
- Она заканчивала составлять деловые письма и спросила, не подожду ли я, чтобы привезти их тебе на подпись. Они со мной.
Лаура попыталась проскользнуть мимо его кресла в ванную, но он поймал ее руку.
- Письма могут подождать. Я хочу знать, как отреагировал Буркетт, когда ты сказала, что это ваша последняя встреча. Ты же сказала ему?
- Сразу же, как только он приехал.
- И?
- Ничего особенного. После того, как я заверила его, что условия не меняются, если он останется донором, он сказал, что ему все равно. Что-то вроде этого.
- Значит, он не отказывается?
- Мне так показалось.
- Я и не думал, что он откажется. Вы обсуждали, как мы заберем сперму?
- Только в общих чертах. Я сказала ему, что сначала должна проконсультироваться у специалиста. Когда он будет нужен, его известят.
- Может, ИО и не понадобится. Будем надеяться.
- Мы все на это надеемся, Фостер.
Он удивил ее, прижав ладонь к низу ее живота.
- В этот раз у меня хорошее предчувствие. Карма. Или что-то в этом роде. Просто другое ощущение, как будто произошло что-то важное.
Она улыбнулась, надеясь, что улыбка вышла достаточно уверенной.
- Держись за эту мысль. - Она шагнула в сторону. - Мне правда нужно снять с себя всю эту одежду. Можешь подождать меня в комнате.
- Нет, я оставляю тебя наедине с душем. Если только ты не попросишь меня потереть тебе спину.
- Лучше налей мне бокал вина. Я быстро.
- А как насчет содовой? На всякий случай.
- Хорошо.
Он послал ей воздушный поцелуй, пересек на своем кресле примыкающую к ванной спальню и выехал в дверь; каждое его движение было разбито на три последовательные фазы.
Лаура дождалась, пока останется одна, потом закрыла дверь ванной и быстро сняла одежду. Перед тем, как встать под душ, она собралась с духом и посмотрела на свое отражение в зеркале. Глаза все еще блестели, и в них сохранилось удивленное выражение, губы слегка шелушились. Она коснулась рукой груди, провела по животу.
Сдерживая рыдание, она прижала пальцы к губам и прошептала: «О боже». Но Лаура сама не знала, о чем именно она молит.
21
Месяц тянулся дольше, чем любой из проведенных им в тюрьме. По сравнению с этим те месяцы пролетали, как кометы.
Он ждал три дня, прежде чем нарушить договор. Он позвонил в офис «Сансаут». Выслушав бесконечный список сбивающих с толку вариантов, где ему предлагалось набрать последовательность цифр, он, наконец услышал живой человеческий голос, который вежливо, но бесстрастно сообщил, что он дозвонился до кабинета миссис Спикмен.