В её голове не могло уложиться, как можно быть способным на такой грех.
Она смутно пыталась уловить вибрации своего тела, оно всё сжималось, существовало в эти минуты в диком напряжении.
Кэти всё чудилось последующие дни, и казалось, что разум покидает её тело.
Домашние были опечалены таким подавленным состоянием Кэт. Боря с Сашей совсем её не узнавали, Дарья каждый день заходила в комнату Кэтти и гладила её по светлым волосам, Крис с матушкой не тревожили её, зная, что та совсем не захочет разговаривать. Боль Кэтти была близка Крис, поскольку она присутствовала в той самой комнате в эту ночь. Маменька расспрашивала старшую дочь о событиях той ночи, но Крис боялась говорить, на её глазах наворачивались слёзы, как только она собиралась рассказывать. Так ничего матушке и не открылось, она была в полном неведении и сердце болело за обеих старших дочерей.
Шла неделя, как Кэтти Спенсер не выходила из своей комнаты, вовсе не ела, не хотела пить, а делала это лишь, когда Крис просила об этом. Она часто заходила к Кэтти, усаживалась на кресло возле кровати и тихо вышивала, так что её совсем не было слышно. Крис посматривала на Кэт грустными глазами, наблюдала, как она спит, частенько вспоминая о той самой ночи, что принесла столько потерь в душу Кэтти.
Если бы Кэтти Спенсер представляла из себя сосуд, она бы, вероятно, была опустошена. Но, к счастью или к несчастью, читатель уже знает, когда она сможет наполниться до краёв снова.
Глава 20
Рано утром в поместье Спенсеров царила мёртвая тишина, и вправду казалось, что в доме не осталось никого живого. Кэтти впервые нарушила эту тишину в доме, она очень громко стонала, и стон этот доносился повсемкомнатно. Крис, услышав странные звуки к комнате очень быстро побежала в комнату сестры.
Крис вбежала в комнату, и, опустившись на колени, положила руки на кровать, в которой покоилась Кэт. Она приложила свою холодную тонкую руку ко лбу Кэтти.
- Кэтти, Кэтти..., - завопила Крис, - что стряслось? - она смотрела на сестру и видела, как та задыхается.
- Я..., - Кэт пыталась связать слова, но у неё не выходило.
- Боже, Кэтти, дышите, милая, дышите, - Крис делала сильный вдох и выдох, чтобы показать сестре, как это делается, - глядите, глядите, прямо как я, дышите прямо как я, - Крис видела, что ничего не выходит.
Кэтти старалась дышать, но выходило с трудом, она не чувствовала, как воздух проходит через её тело. Казалось, что он останавливался у самой груди, либо уже совсем потерялся в её теле, не желая выходить наружу.
- Маменька, маменька, - Крис громко кричала, - маменька, пожалуйста, помогите..., -Крис невольно начинала плакать. В это время дверь комнаты открыла маленькая Дарья, она посмотрела на бледную сестру, лежащую на кровати и быстро побежала вниз в комнату малыша Тео, чтобы позвать маменьку.
- Маменька, маменька, - кричала Дашенька, - Кэтти, с ней...с ней нехорошо, - младшая не могла связать слов.
Маргарет передала малыша Тео в руки Дарье, а сама побежала наверх.
- Кэтти, Кэтти, - она подбежала к кровати, - Боже мой, Крис, лекаря, зовите лекаря!
В момент общего волнения Кэтти уже не чувствовала, что она способна на такое прекрасное свойство её тела, как дыхание. Она будто напрочь забыла, как это - дышать. В эти минуты в мыслях пронеслось очень много, но одно единственное всё еще волновало её, даже когда она закрыла глаза - ужасное чувство, чувство полного отсутствия самоконтроля над своим телом. Кэтти закрыла глаза, она раньше смутно представляла себе это, она не знала, что смерть может наступить так быстро. Кэтти всё ещё слышала голос матушки и какое-то постороннее движение в комнате, но постепенно её тело перестало улавливать звуки и воцарилась полная тишина. Полное отсутствие движения организма, каждая клетка тела отныне стоит на месте, но каждая рада этому, потому что все они, эти клетки пребывают в гармонии между собой, здесь нет каких-то отставаний, странных колебаний или подъёмов.
Для всех было ясно, что Кэтти абсолютно без сознания, казалось, что она спит. Матушка трогала её щеки, затем, совсем обезумев от страха, начала легонько бить её по лицу, чтобы та очнулась, увы, Кэтти погрузилась в слишком глубокий сон, всем подумалось, что он теперь будет длиться вечно.
Её рот был чуть приоткрыт, грудь не двигалась, рука лежала совершенно неподвижно. Семья Спенсеров провела в ужасном состоянии целых два часа, чем и была удостоена счастья, возможно. Кэтти всё же очнулась, снова задышав. На самом деле она дышала уже примерно полтора часа, но её тело сопротивлялось подъёму, потому оставшееся время она спала, пытаясь восстановить дыхание.