— Я тоже в шоке. Все так внезапно случилось…
— Жизнь такая, подруга… Смерть приходит внезапно…Ты держись!
Проговорив еще какое-то время по телефону, попрощавшись, Инна положила трубку и, посмотрев в зеркало, вытерла бумажным платком потекшую тушь. Посмотрев на часы, она решила привести себя в порядок и переодеться. Надев черную кофточку и юбку, она снова вошла в зал. На улице портилась погода. Дул сильный ветер, сгоняя серые облака в кучу. В комнате стало еще прохладнее. Она неподвижно стояла и смотрела на меня. Казалось, что она хочет что-то сказать, но все никак не решалась, словно считая, что глупо разговаривать с покойником.
Позвонили в дверь. Открыв, она увидела на пороге Александра. Моего так и не состоявшегося редактора. Последние две рукописи он так и не принял, говоря что нужно еще доработать.
— Здравствуйте. Простите, что я без предупреждения, — извинился он, — примите мои глубочайшие соболезнования.
— Ничего страшного. Спасибо. Проходите, — пригласив его в дом, Инна прикрыла дверь.
— Как ужасно, что это произошло, — пройдя, Александр растерянно посмотрел на меня, — ушел от нас в самом расцвете сил.
— Да… трудно до сих пор в это поверить…
После нескольких минут молчания Александр, неловко нарушив тишину, спросил:
— Простите меня, если я задам, возможно, бестактный и неуместный вопрос, — нервничая, он тщательно подбирал слова, — могу ли я… взглянуть… на его последние рукописи… он должен был сдать заключительную главу будущей книги…
— Конечно, — она проводила его в спальню и достала из стола ноутбук. — Вот, это был его рабочий компьютер. Можете забрать его, мне он ни к чему.
Она никогда не любила мои книги. Считала их чересчур жуткими и пошлыми. Еще ей не нравились мои философские эссе, что я писал в свободное время. «Литература должна развлекать и не более того, — говорила она, — хватит тратить время на это бесполезное занятие». Я относился к этому спокойно, стараясь не осуждать ее недалекие взгляды. «Зачем тебе это? Платят ведь копейки!». Конечно, гонорары были мизерными, но каждый писатель пишет не ради денег. В конце концов, мои написанные книги — это все, что осталось после смерти. Пока их будут читать, я никогда не умру…
Александр взял ноутбук и, попрощавшись, ушел. Оставшись одна, Инна зашла в спальню и посмотрела на полки, забитые книгами. Задумчиво, она осматривала всю мою накопленную библиотеку и размышляла вслух, кому бы она могла их отдать. «Надо было Александру предложить», — подумала она. Книг было не очень много, лишь самые запомнившиеся и любимые. В основном классика. Кнут Гамсун, Ги Де Мопассан, Хемингуэй. То, что повлияло на меня и мои мысли. Оставило в душе глубокий след после прочтения. Жаль, что Инна хотела от них избавиться…
Наступил вечер. Постепенно стали приходить родственники. Я лежал и смотрел на плачущих родителей. Отец пытался всячески успокоить мать. Наверное, это самое неприятное после смерти. Видеть, как тебя оплакивают. Несмотря на открытые настежь окна, в комнате стало душно. Сестра сжимала в руках мокрый от слез платок. Она подошла и, поцеловав меня в щеку, сказала: «Спи спокойно брат. Пусть земля тебе будет пухом». Брат все ходил из угла в угол и, зажмурившись, всхлипывал, пытаясь не расплакаться. Ольга Аркадьевна, мать Инны, отвела в сторону свою дочь и, взяв ее за руки, сжимая ладони, все спрашивала, как она себя чувствует. Гости долго не расходились, но за окном уже совсем стемнело, все устали и постепенно, прощаясь, покинули квартиру.
От такого вечера и я сам устал. Хотелось скорее пройти все это. Но завтра намечался еще более сложный день. Проводив всех, Инна поправила сбившийся коврик у двери, и, переодевшись в удобный халат, зашла ко мне. Она посмотрела на пол, который был весь затоптан, и, решив утром убраться, выключила свет и ушла в спальню. Посмотрев немного телевизор, она уснула крепким сном…
Будильник зазвонил в девять утра. Он каждый день звонил, кроме выходных, будя меня перед работой. Будильник не переставая все звонил. Инна уже который день забывала перевести его. Наконец она проснулась, и, нажав на кнопку, выключив, встала широко зевая и протирая глаза. Приняв душ и почистив зубы, она взяла тряпку с ведром и, зайдя ко мне, принялась мыть пол. Накинув тряпку на швабру, она наспех вытерла возле гроба, и вдруг позвонили в дверь.
Прислонив швабру к подоконнику, она подтянула пояс на халате и подошла к двери. Посмотрев в глазок, Инна поправила прическу и открыла дверь. В квартиру зашел высокий худощавый мужчина. Это был Игорь. Ее тайный любовник.
— Привет. Рада, что ты пришел, — сказала она.