— Как они, чёрт возьми, провернули это? — спрашивает Кай из угла, жуя конфету.
— Кучка фанаток ждали меня возле магазина, — ворчу я, — держу пари, что одна из них сфотографировала.
— Они спросили, для кого это? — спрашивает Эйден.
— Ага, и я не идиот. Сказал, что это для друга.
Тэйт садится, очевидно, успокоившись.
— Хорошо. Нам не нужно, чтобы они в середине тура узнали, что у тебя есть ребёнок.
Мои брови взлетают вверх.
— Ты думаешь, что я буду прятать её все оставшиеся три месяца?
— Это будет не сложно, — Тэйт пожимает плечами. — Софи занималась этим достаточно долго.
— Но я не Софи! Я не буду держать её в чёртовом секрете от мира, Тэйт!
— А когда Марк узнает? — вставляет Эйден. — Тогда что? Он будет возмущён.
— За то, что произошло ещё до подписания контракта? Он может идти нахрен, — я падаю на диван. — У него права голоса не будет. Когда я захочу, чтобы мир узнал о Миле, это случится. До сих пор это не произошло только потому, что Софи попросила меня пока не делать этого.
— Снова под каблуком?
— Старший брат или нет, Тэйт, я надену на тебя намордник, мудак, — я снова впиваюсь в него взглядом. — Нет, потому что она хочет, чтобы Мила узнала меня и вас, придурки, прежде чем целый мир влезет в наши дела. И это справедливо.
Он прищуривается на меня.
— Тур закончится через три месяца. Будет не так уж трудно скрывать её.
— Тэйт, серьёзно, заткнись, — огрызается Кай. — Коннер прав. Никто из нас не дошёл до того, чтобы решать, когда и что говорить о своей дочери. И я скажу Марку, если придётся, куда ему пойти. А теперь достаньте свои старые «Плейбои» и подрочите, пока наш младший брат не выполнил свою угрозу.
Я бросаю в него подушку через всю комнату.
— Малыш, я надрал тебе задницу, когда в последний раз ты решил, что бороться – это хорошая идея.
— Он прав, — соглашается Эйден.
— Только потому, что он и Тэйт каждый день занимались в чёртовом спортзале на час больше нас.
— Эй, — добавляет Тэйт, — киски не выигрывают.
— Следует вытащить палец из задницы и начать упорно работать, большой брат, — говорю я Каю.
Он показывает мне средний палец в момент, когда мама заходит в комнату.
— Боже мой, вы четверо. Я будто опять в комнате, полной подростков. Когда вы повзрослеете? — она смотрит на всех нас с любовью и раздражением.
— Не говори глупостей, мам, — отвечает Тэйт, — трое из нас подростки. Надо быть настоящим мужчиной, чтобы сделать ребёнка, так что, очевидно, Коннер вырос.
— Тэйт, — укоризненно говорит она, прежде чем я успеваю послать его кое-куда, — достаточно. Однажды ты можешь оказаться в таком же положении, разве что не узнаешь, каково быть матерью. Ах, да, — добавляет она, широко раскрыв глаза, — я слежу за тобой, молодой человек.
— Мне двадцать пять, мам.
— Ты не слишком стар, чтобы лечь на мои колени и получить по заднице, парень.
Я, Кай и Эйден смеёмся, прежде чем угрожающий пристальный взгляд маминых синих глаз проносится по нам.
— Это касается и вас троих. Меня не волнует, какими взрослыми вы себя считаете. Вы всё ещё мои дети, — она смотрит на меня и мило улыбается. — И когда мы встретимся с моей первой внучкой?
— Позже, — отвечаю я, — Софи придёт вместе с ней.
— Прекрасно! Она останется на ужин? — её лицо сияет.
— Если ты приготовишь, то останется.
— Разве ты не должен спросить её? — спрашивает Эйден.
— Ей больше не позволено говорить «нет».
— Звучит сексуально, — смеётся Тэйт.
Мама отвешивает ему подзатыльник, и он начинает громко сыпать проклятия.
— Чёрт возьми, мам!
— Вы трое, да, вы трое, сидящие, будто ничего не произошло, послушаете меня. Мы все в обиде на Софи, но это не значит, что мы не уважаем её. Она мать вашей племянницы и моей внучки. Одно плохое слово от любого из вас, и я положу вас на свои колени. Поняли?
— Да, — бормочут они. Мои губы изгибаются.
— Я не услышала.
— Да, мам, — повторяют они с акцентом на «мам».
Она счастливо кивает и уходит на кухню, чтобы начать готовить что-то праздничное.
Я ухмыляюсь и, обведя их всех взглядом, встаю.
— Вы все под каблуком.
Я смеюсь, когда они выкрикивают оскорбления в мою спину. Я, может быть, и самый младший из нас четверых, но всё ещё самый быстрый.
Глава 9
Софи
«Пройдите через лес», — сказал он. — «Это будет не трудно. Я всё ещё не хочу, чтобы вас заметили».