Он смотрел на медальон, а из воспоминаний вновь послышались слова Веры: «Этот амулет поможет вашим ангелам беречь вас. Злу не удастся пройти через то слово, которое помещено внутрь Шену...»
– Мне это не нужно, – тихо сказал Фредерик и быстро написал записку на столике рядом.
Он спрятал мешочек денег с запиской под подушку Веры, а медальон надел ей на шею.
– Прости за всё... и за то, что ухожу, – погладил он её снова по щеке и поднялся.
– Наконец-то, – усмехнулся появившийся на пороге Гебгардт. – Убирайтесь! Не быть русской девушке счастливой вдали от родных мест с неизвестным иностранцем, который скитается по миру и таскается по постелям с разными девицами.
– У вас свои представления обо мне. Я же не буду оправдываться, – встал перед его глазами Фредерик. – Только не обижайте Веру.
– Подлец, – прошипел Гебгардт. – Вера нам, как дочь родная! Проваливай отсюда! Навсегда! Плыви!
Фредерик оглянулся на так и не приходящую в себя Веру, а ноги уже вели покинуть этот дом...
* – отрывок из «Послание к N. N. о наводнении Петрополя, бывшем 1824 года 7 ноября», Дмитрий Иванович Хвостов.
36
Глава 36
– Не верю, – прошептала Вера, стоя перед свечами у занавешенного чёрным полотном зеркала.
– Верочка, – ослабленная, еле передвигающая ногами матушка Оделии встала рядом и обняла за плечи. – Не вернулась она, значит... одна из погибших. Уж сколько дней прошло.
– Нет, – упрямо мотала головой Вера.
Она неотрывно смотрела на пламя свечи. Слёз в глазах уже не было. Душа не принимала возможную гибель подруги, не принимала всё случившееся в судьбе...
– Значит,... так угодно богу, – тихо сказала матушка Оделии и оставила Веру одну.
Сколько Вера вот так простояла тем вечером, не помнила. Как только ноги стали подкашиваться, она легла на кровать.
– Вернись, – только и прошептала Вера, уже не представляя Фредерика перед собой, или как они гуляют вместе, любят,... как живут...
Пустота. Тишина. Ночь медленно отступала, как и вода на улицах Петербурга исчезала... Уходила, а после себя оставляла развалины, погибших людей и животных, вещи и обломки...
– Доброе утро, – принёс прямо с утра Вере чаю в постель пожилой слуга.
Она открыла глаза и смотрела в потолок, укрываясь от холода одеялом.
– Это чудо, что вы не заболели после такого, – говорил слуга, с сопереживанием глядя на неё, но Вера молчала и чай брать будто не собиралась. – Уже рассказали вам, кто вас спас? – поинтересовался он несмело. – Хозяин прогнал его, чтоб тот не смел любовью вас смущать да к чему склонять. Парень ушёл со слезами на глазах.
– Фредерик? – прослезилась Вера, тоскуя сильнее по нему. – И прекрати, Матвеюшка, ко мне говорить вы.
– Да уж, поди, удочерят вас Гебгардт, так уж не смею я, да и не посмею, – махнул рукой тот.
Он оглянулся на оставшуюся открытой дверь и чуть наклонился к Вере, зашептав:
– Господин-то тот вам на шею медальон повесил да под подушкой что-то оставил. Медальон-то я потом снял и тоже под подушку положил, чтоб никто не украл или мало ли что.
– Что?! – удивилась Вера.
Она тут же словно ожила. Сердце взволнованно застучало, а когда Вера откинула подушку и увидела мешочек денег и знакомый медальон – запело...
– Фредерик, – прижала она медальон к груди и заметила записку у мешочка.
– Господи, спасибо, миленький! Матушка Божия, – прочитав записку, Вера вскочила с постели и встала на колени со счастливыми слезами. – Спасибо!
– Спрячьте, – поторопил её Матвей, услышав, что к ним кто-то приближается по коридору.
Вера скорее поднялась, тут же спрятав руку с медальоном и запиской за спину, а подушку скорее положив обратно на мешочек денег. Только опасность миновала... Мимо спальни прошёл Гебгардт...
– Всё, – выдохнула Вера и села на краю постели. – Я знаю, куда идти.
– Куда ж вы собрались? Город разрушен после такого бедствия, – беспокоился Матвей.
– Найти спасителя своего хочу да... поблагодарить, – решительно сказала Вера и взглянула так, что у её пожилого собеседника кольнуло в сердце.
Он понимал, что Вера не отступится, но отпускать одну не мог позволить. Они сразу, тем же днём сговорились тайно покинуть Петербург и отправиться по следам Фредерика. Душа Веры продолжала петь. Сердце поддерживало в правильности выбора. Тем же вечером Вера снова представила Фредерика, поговорила с ним и была уверена, что он примет её радушно... в свои объятия, как мечтается...