— К сожалению, — лишь сказал он и начал передвигать свой стул обратно за соседний столик, откуда его и взял. — Я встречу тебя завтра у ворот!
— Правда не стоит!
— Мне не сложно. И это важно! Ты пока не понимаешь, — сказал он, пятясь к выходу.
На самом деле мне даже хочется, чтобы со мной кто-то пошел. Очень хочется. Но я планировала выйти как можно раньше, чтобы выиграть хоть немного времени. А напарника, возможно, придётся ждать. Да и могут возникнуть другие трудности. Особенно с учётом того, что я совершенно не привыкла работать в команде. Пока более менее получалось только с Йеной. Но и даже там было не совсем без проблем.
***
Доев, я сразу же отыскала служанку, и она отвела меня в маленькую комнату на втором этаже. В комнате были лишь максимально невзрачные и простые кровать, столик и табуретка. Небольшое окно с распахнутыми ставнями располагалось прямо над кроватью. Видно из-за этого тут и стало так прохладно. Я потянулась через кровать и закрыла ставни. Через какое-то время комната должна нагреться от моего собственного тепла. В любом случае камина тут не предусмотрено, да и хоть каких нибудь свеч я тут не вижу. Так что мой вариант остаётся просто единственным возможным.
Вдруг от раздумий про холод меня отвлёк стук. Это не то что странно, это даже несколько пугает. Хотя, может, это просто служанка. Может, как раз принесла свечи?
— Кто это? — Осторожно спрашиваю я.
— Бонриян, — донёсся знакомый мягкий, но шершавый голос
Мне сразу вспомнились слова Рэна́ра, что Борияну не стоит доверять и лучше вообще держаться от него подальше.
Но не могу же я вот так взять и не открыть ему сейчас. Это глупо и как-то неловко. Он все-таки был добр ко мне, да и за эту комнату сам заплатил. Я отперла дверь. Бонриян остался в дверях.
— Я принёс тебе обещанный лук. Я натянул его сразу, чтобы ты не маялась. Думаю, ничего страшного, если он так пару деньков побудет. Ну и колчан стрел. Мы, конечно, договаривались только на лук, но, думаю, это была бы слишком злая шутка — приносить его без стрел.
— А, я даже и забыла про него. Так устала.
— Могу понять. — Он вдруг достал большой нож, оголил его и начал крутить лезвие у себя перед лицом.
Я отшатнулась и замерла, не в силах выдавить из себя ни слово.
— Слушай, мой тебе дружеский совет, — он вложил нож обратно и протянул его мне рукоятью вперед. — Когда будешь выходить, смотри в оба, чтобы за тобой из города никто не увязался. И возьми вот это, спрячь где-нибудь под одеждой, чтобы не видно было.
Я молча взяла нож, все ещё не отойдя до конца от испуга.
— А кого конкретно мне стоит опасаться? По крайней мере, вы с друзьями показались мне приличными людьми.
— Ох, не друзья они мне, — устало проговорил он на одном дыхание. — Времена сейчас очень неспокойные.
Повисла напряженная пауза. Я так и стояла, замерев в одной позе, а Бонриян слегка неловко топтался на месте, покачиваясь из стороны в сторону.
— Добрых грёз тебе! — резко прервал тишину Бонриян.
И он тут же ушёл, не став дожидаться слов благодарности за нож, которые я не смогла вовремя из себя выдавить.
Глава 3 «Когда озолотился свет»
Непримечательная серая кровать, к большому удивлению, оказалось очень удобной. Опустившись в неё, я словно оказалась в укромном теплом гнездышке. Такой мягкой и уютной кровати я себе даже представить не могла. Однако тело никак не хотело расслабляться, и я так и лежала сжавшимся напряжённым камнем в своём мягком гнезде, от силы отключившись лишь на пару часов. Но ничего другого и ожидать не стоило. Изначально я вообще планировала просто пересидеть холодную ночь под крышей. Ни о каком сне и мыслей не было, так не хотелось себя обнадёживать, ведь в последнее время о нём приходится разве что мечтать.
Я давно проиграла сражение за свою голову скверным мыслям и сейчас стараюсь думать только о том, во сколько открывают выход из города. Не терпится быстрее приступить к делу. Вроде уже светает. Я взглянула на мягкий синий свет раннего утра, что сочился из щелей в ставнях. Но, наверное, ещё слишком рано. Стоит подождать, когда свет озолотится, знаменуя, что солнце уже полноценно поднялось.
От бессоницы и вынужденного томительного ожидания я полностью погрузилась в себя. Что имел в виду Бонриян, когда говорил про неспокойные времена? И кого мне стоит опасаться при выходе из города? Этот староста или советник, как там его? В общем, этот Харвор мне очень не нравится. Даже не потому, что он полоумный и грозится убить Йену, а потому, что он настолько полоумный. Насколько же нужно быть идиотом, чтобы так смело орать полнейший бред на всю площадь и перед собственным же народом. Горожане за меня даже заступились, Спасибо Рэна́ру, а этот дурак все равно стоит на своём. Но нет, кое в чем он все же уступил, иначе я бы была мертва. Это значит, мнения народа он все же боится. По крайней мере, не игнорирует, а это уже не похоже на полное безрассудство. Но к чему ему тогда так радикально и шумно действовать. На ум приходит лишь одно... вероятно, он должен быть уверен, что после казни Йены пропажи в лесу прекратятся.