Я поднялся, задвинув стул, поцеловал ее в лоб и направился cначала в ванную, отмыть слипшиеся ладони, а потом к себе в комнату, не раздеваясь, лег в темноте, закрыв глаза.
Слышал, как она на кухне гремела чашками и как в детстве уснул под гул.
Не знаю, сколько времени прошло.
Мне снилось нечто ужасное, я томился во сне, а проснуться не мог. Чувствовал, как этот кошмар изнашивает силы. Проснулся от боли в руках, пальцы были скрючены, словно сломаны, на шее будто удавка,из глаз лились слезы.
Резко сел, бусины пота скатились по вискам, еще не рассвело, на цыпочках подошел к не полностью закрытой двери. Собрался потянуть за ручку, чтобы пройти в туалет, умыться, из тонкой щели заметил,стоящую у окна бабушку в ночной сорочке. Она была босой, седая коса по пояс почти расплетена. Столик был отодвинут, я видел свернутый палас. Но она так пристально смотрела в окно, будто, кого-то отчетливо видит. Я подошел к своему, выглянул, но во дворе тьма.
Вернулся к двери, она стояла прямо напротив нее.Окаменел от внезапности. Она смотрела именно на дверь, словно не видела меня. Затем, повернулась и направилась в свою комнату, глядя в одну точку. Лишь услышал, как захлопнулась, скрипнув дверь.
Включил фонарь на телефоне, кинул свет на стены комнаты. Заметил, сантиметры пыли на столе, в углах паутинки. Бабушка раньше всегда была такой дотошной в вопросе чистоты. Возраст, ну, что тут скажешь.
С трудом выдохнул, кинул свет фонаря на пол и опустился на четвереньки, решив заглянуть под кровать, и только я кинул свет во мрак, увидел там короб среднего размера. Видимо, с игрушками, и затылком почувствовал дуновение за головой.Медленно повернул ее, и увидел босые ноги бабушки, которые упирались мне в плечо. На выдохе приподнял голову. Она смотрела на стену, где висел ковер.
Десять, девять, воссссемь, семммь, шшшш... – шептал я в уме.
А она под нос себе, что-то, и не торопясь протянула правую руку, вытянув указательный палец.Словно шепча молитву.
Еще пару мгновений.
Развернулась и вышла, свернув по коридору направо.
Лунатизма за ней прежде я не наблюдал. Просто распластался по ковру от страха.
Позже поднялся, выглянул в коридор. Время пятый час. Подошел к ее комнате, дверь была открыта.Она прихрапывая, крепко спала. А вот я спать точно больше не мог. Постоял на ее месте на кухне. Не мог понять, на что она так внимательно смотрела? Как в тот день, когда Тимур попал в аварию.
Тихонько вышел на крыльцо, свежий весенний ветер объял лицо, зашевелил волосы. Я прогулялся по двору. Но интуиция толкала в одно место. Разумом не хотелось туда. Но…
Отворил засов и направился к трассе, побродив минут пятнадцать, рассматривая простор, освещаемый луной, остановил попутчика, направился на кладбище.Подъехав к воротам на рассвете, я оцепенел, увидев машину Тимура и Кости.
- Сволочи, - рванулся к могиле Алисы.
Выбежав на тропу, ведущую к ее могиле, уже увидел, стоящего Рому, долбящего головой ствол берёзы. Тимура, покусывающего от волнения кулаки.И стоящего в исступлении Костю.
Могильщики уже поднимали гроб, когда, я, еле дыша принес себя.
- Вы нелюди, – прикрикнул, - не смейте. Я не позволю!
Рома тут же кинулся ко мне, обхватил сзади,скрутив руки за спиной, попытавшись остановить.
- Угомонись или свяжу тебя у дерева.
Сколько не пытался вырваться не выходило, я окончательно лишился сил и желания бороться с ними.
- Костя, ты же самый человечный, повернись.Повернись! - крикнул я. - Бабка обозналась. Не Алиса это была… Но он не глядел в мою сторону.
Он не реагировал.
- Приди в себя, мы ничего не делаем, берем лишь ДНК, - пытался успокоить меня Рома.
- Наслушались бабьих сплетен, изверги, - уже не выдерживал я.
В мою сторону с яростью в глазах направился Тимур и схватил за ворот рубашки.
- Послушай Матвей. Я узнал, что она рожала. Я убежден. Поднял все архивы. Мне нужно лишь ДНК,чтобы сверить с результатами отказников тех лет, которые в приюте.
- А может это не твой ребенок? А мой!
Тимур расхохотался, Рома и я в недоумении взглянули на него.
- Если бы ты сказал, хотя бы Рооома…
- Я тысячу раз говорил, что Алиса не позволяла к себе касаться, хватит меня вмешивать, - прикрикнул Рома, попытавшись оправдаться.