Я повернулся и быстрым шагом направился в сторону дома.
Стал бежать, расстегивая пуговицы рубашки.Вдыхая ртом, выдыхая носом. Перематывал в голове прошлое. Их встреча и «знакомство» в нашем доме.
Недоумевал - Амалия ребенок, рожденный не по любви, а по принуждению. Кошмар...
- Мерзкий ублюдок, - выкрикнул я остановившись. Тут же рядом остановилась машина Ромы. Я на автомате открыл дверь и сел внутрь. Он виновато отводил глаза. Сжав кулаки, ударил по рулю.
- Ничего не говори, - прошептал он.
- Он повторил свою прошлую ошибку? Хоть раз? – спросил, скрипя зубами я. – Повторил? –прикрикнул.
- Не знаю, - разволновался Рома.
- А если да. То, возможно, Алиса покончила собой из-за него, и из-за тебя, так как ты промолчал в первый раз? Из-за меня, так как я не поверил лжи, а она ведь была, но дороже правды. Но почему она не рассказала изначально. Выходит, он довел ее до гробовой доски.И боится мести дочери, - рассмеялся я сквозь слезы, словно истеричная девочка.
- Она не рассказала, потому что не доверяла тебе. Видимо.
- Не доверяла и была права, - задрожали губы от отчаяния. – А она, Амалия, знает? Узнает, она точно узнает.
- Матвей, это ни разу не смешно. Он ее загубит.Но и я нутром чую в ней, что-то не нормальное. Не из нашего измерения. Рассудок мутнеет, когда приближаюсь.
- Тогда почему она не расправится с Тимуром?
- Без понятия, - округлил он глаза. - У нее на запястье кость видна, - с трудом он проглотил слюну,кадык напрягся.
- Кость из запястья? - прошептал я, закатив глаза.
- А если она восстановит силы. Мне бабушкасказа… – проговорился Рома.
- Баааабушкаааа, опять бабушка, - перебил и протянул я.
- Она рассказала мне пару нюансов о потомственных. Они такие и есть, как она, тихие,неприметные. Но упертые, непобедимые.
- Неприметные? Ты глаза ее видел?
- Не присматривался, - покачал головой, отрицая.
- Бабушка знает о вашей «добыче?»
- Вот как раз для этого я и рассказываю тебе.Давай выкрадем ее, передержим у бабушки в деревне.Потом верни родне.
- Да почему я? - прикрикнул.
- Костя умыл руки. Давай сначала навестишь со мной ее. Под видом чистого интереса. Только без глупостей. Тимур не доверяет тебе.
- Да шел бы он на копытцах черт. Ничтожество. Других мер не нашел женщины добиться, подонок. И ему еще ребенок достался. А нам нет?
- Дурная кровь это. А не отцовская… – прошептал растерянно Рома.
- Если она ведьма, и она знает, или узнает, каким образом родилась, Тимуру конец! – размышлял я вслух, покачивая головой.
- Тимуру и так конец. Он обезумел. Каждый день ездит в эту Марьинку, как на работу к себе на протяжении пятнадцати лет. А эти месяцы, практически поселился там.
- Мммм, какие подробности. А может это он тело выкрал? - предположил я.
- Нет! Ты же видел его реакцию.
- Я больше не верю ему.
- Сейчас едем к нему. Расскажи об Инге, то, да се.Не акцентируй внимание на ней.
- Не собирался даже.
- Но девчонку жаль, он к ней как к зверушке относится. От страха.
- От бесчеловечности, – перебил я его и выдохнул, - поехали уже.
Рома завел машину и спустя тридцать минут мы остановились у дома Тимура.
- Мне кажется, она будто выжидает удобный момент, подходящее время - не успел произнести я, и снова, нечто острое словно лезвие полоснуло по щеке.Я уже так привык к этому, что лишь смахнул кровь,чтобы струя не смочила белую рубашку.
- Пошли, - прошептал Рома и вышел.
Он набрал код. Замок щелкнул, мы вошли, Рома уже знал дорогу. Сразу направились в сторону гаража.
Тимур обустроил ей там комнатушку. Поставил узкую кровать у стены. Ее сломанное запястье было приковано наручником к трубе. Она, съежившись, сидела, обняв рукой ноги, носом уткнувшись в колени.Даже не подняла глаз, когда мы вошли. На ней было тоже самое платье, что и в деревне, из которой мы ее забрали. Косынка сползла на плечи. Каштановые волосы, вылезшие из косы, свисали, прикрывая заостренные скулы. Богатенький папочка не балует единственную дочь.
Рома осмотрелся, не обнаружив Тимура, подошел ко мне и незаметно вложил в ладонь ключ от наручников, а сам направился к дому, покинув гараж.