- Повтори! – прикрикнул Тимур.
- Ты сказал, что дочь ее сгорела.
- Не дочь она ее, кажется, я ошибся, но где? Сбежала она, - лицо Тимура охватила паника. –Расскажи про Алису.
- Черт с вами? Что вы натворили? А Матвей. Отец его вырубил на моих глазах.
- Отец? Они там что, в край ошалели? Это все бабка твоя ополоумела. Да вот только упустила время… - не успел завершить фразу Тимур, и зигзагообразная молния, сопровождающаяся громом,ударила где-то за лесом вероятно в дерево. Клин птиц взмахом взлетел в небо, лай испуганных собак охватил деревенские полусонные улицы.
Ничего не предвещающая жара днем сменилась непогодой. Черные тучи затягивали небо. Рома и Тимур мгновенно подняли головы.
- Валим, - открыл дверь машины Тимур.
- Матвей, - кинулся Рома к калитке.
- Да пойми ты, - остановил его Тимур, - ничего с ним не будет. Он полежит в спаленке. Попросит помощи, и она явится.
- Так ты все знал?
- Не все, но посвящен в их черные дела. Они его вместо приманки используют.
- А если нет? Все-таки уверен, она ведьма?
- Как бы не хуже. Думаю, скоро начнется заворушка, век не отмоемся. Мне нужен только один человек в этой истории!
- Вези домой, - потребовал Рома. - Вези к маме! Мне надо спасти брата!
- Матвей сам в это ввязался. Еще и молчал. Лгал.
- Вы все лжете… Только Матвею нельзя?
Рома молча сел в машину лишь с одной целью,доехать домой, сообщить Косте и в полицию.
Тишина снова охватила улицы. Черный небосвод вспорола новая искра и будто взрыв, раскаты грома разразились в небесах.
- Не к добру, - прошептал Тимур и завел двигатель.
Через мгновенье занавес дождя впился в землю,оглушая порывами ветра …
Глава 8
Глава VIII
«Чернокнижницы и ведающие»
Амалия собирала белесую кору с деревьев, когда внезапный гул объял небосвод. Она подняла глаза в небо.
- Неугомонная чернокнижница, - прошептала ведьма. - Дождись Ярило, грозой обрушусь на твою голову. За мучения невиновных! Месяц громом рассвет будешь встречать, а перед смертью мечтать лицо мое увидеть, и увидишь, чтобы силу ощутить, -опустила резко голову. – Пошли Сущ, Алиса ждет, -сказала она, затянув черный платок на затылке.
Спустя полчаса ходу они вышли к дубраве,обошли одинокий дуб, остановились у колодца, находящегося на месте огромного костра, достала небольшой сверток и высыпала содержимое в колодец со словами:
- Вездесущая и неживая, прими! Скоро стены заполнятся кровью всех жертв, затем водой. И мы зажжем новое кострище. Которое я погасила единожды, вынужденно, спасая его.
Далее они вошли вглубь дубравы, Амалия подошла к выкопанной могиле, возле которой уже стоял короб и кувшин, который наполнился дождевой водой. Рассеяла прах из короба в могилу, посыпала корой березы.
- Сожгла тело Аглая, боясь. Хотела ускорить процесс разрыва души от тела. Ей не хотелось, чтобы Алиса вернулась. Обрюзгшая, ради Дара внуком пожертвует ни одним. Не ровня она мне, не ровня, -шептала Амалия, засыпая землей могилу. - Спи спокойно, спокойно, - ты теперь часть природы-матушки.
Засыпав могилу, она посадила в центре саженец дубка, обильно полила водой, пришептывая.
- Душа твоя в дуб врастет и будет вечна, как его ветви в небосводе. Его не срубят, не найдут. Никто,кроме меня и похожих. Никто его не повредит и не придется тебе возвращаться, чтобы отомстить. Я сама все завершу! Спи спокойно, спокойно, - скрестила она ладони, опустилась на колени и что-то шептала, приложив голову к земле, закрыла глаза, словно прислушавшись, не прошло и мгновения открыв, резко вскочила.
- Матвей, седьмой сын в потомстве колдуна, - прикрикнула Амалия, глаза ее наполнились слезами. - История предательства их рода ушла корнями глубже. То-то же он столько вытерпел. Бабка не случайно его заперла. Знала ли? Пошли, Сущ, найдем того, кто заставил вписать нашу дату рождения и дату смерти Алисы в несуществующей день, чтобы заточить в тридцать первое февраля. В такую стужу жизнь вас заточит, как вы нас в эту дату. Вея, но кто такая Вея…. – прошептала она.
***
Шепот, доносившийся со стороны кухни временно затихал. Голова раскалывалась, интуитивно попытался объять руками затылок, который пульсировал от боли, понял, что руки связаны. Не понимал, я в доме бабушки и связан? Не помню ни черта, только то, как вошел на кухню, увидел Рому и бабушку, сидящими за столом.