Первым делом я пустил ману на диагностику. Да, на лечение тоже мог, но что лечить? Наугад? Перед лечением и приводят диагностику, хотя бы выборочную, одной головы, как это сделал в данном случае я.
Хм, а дело-то плохо. Насчёт разваливающейся головы я, похоже, был прав: там даже не трещина, а перелом черепа и мощная гематома, растущая во внутричерепной коробке, из-за которой я и испытывал такие боли, что глаза на лоб лезли. Пришлось сорок минут посидеть, прижавшись к стене, и пустить всё, что накопил, на уменьшение гематомы, а то меня снова вырубит, если она продолжит расширяться и нанесёт мне ещё большие повреждения. Мне удалось её чуть-чуть уменьшить, отчего голова сразу стала меньше болеть, да и подвал перестал подо мной качаться. Хотя нет, до сих пор качается от разрывов, бой в городе (а я думаю, что нахожусь в городе) продолжался до сих пор.
Я ничуть не удивился, что меня снова закинуло в новое тело, которое попало в беду и в итоге погибло. Это частое явление, чему тут удивляться? Я бы удивился, если бы попал в тело какого-нибудь паренька из благополучной семьи, живущей в благополучной стране.
Уменьшив гематому, я смог встать и, держась за стеночку, дошёл до проёма. Тут стена делила подвал на два помещения, и я сейчас вернулся в то, где очнулся. Сначала оделся, а то уже дрожал от холода: может, снаружи и лето, но в подвале очень холодно. Да и в обуви лучше, чем без неё, особенно когда найти чистый участок пола довольно сложно.
Теперь на мне были брюки, рубашка и лёгкая куртка, а на ногах что-то вроде кед. Головного убора не было, нательное бельё состояло из майки и трусов, да ещё носков. Был также поясной ремень с двумя подсумками, в одном из которых я обнаружил планшет. Ну точно Содружество, уже ясно, куда попал. Имелась ещё разная мелочовка, для подростка, может, и ценная, для меня же – хлам, однако выкидывать её я не спешил.
Одевшись, я подтянул к себе вещи погибших женщин и осмотрел содержимое. Молодцы, одежда и еда – то что надо. Напившись из пластиковой бутылки, я пожевал немного печенья и стал сортировать, что возьму с собой, а что оставлю.
– Хм, запасливые женщины, – мельком глянув на погибших, пробормотал я.
Я видел Виденьем, что они мертвы, так что не проверял. Виденье у меня работало на три метра, как всегда в начале новой жизни. Уровень Дара я не знал, не было сил на проверку; сначала нужно залечить проблемные места, а уж потом можно провести проверку на выявление уровня Дара.
Собрал я баул и туристический рюкзак; последний, похоже, принадлежал парнишке, в тело которого я попал. Возраст на глаз не определю, потом узнаю пси-диагностикой, но вряд ли больше тринадцати. Опять я в сопляка попал. Ну ладно хоть так.
Что по вещам, то было немного одежды (женской и на моё новое тело), три подстилки и два неплохих спальника (они и вызвали у меня довольный возглас), комплект туристической посуды (видать, семья туризмом увлекалась). А вот припасы явно подобраны случайно: скорее всего, в спешке просто выгребли всё, что было в шкафах и холодильнике. Рассмешил кухонный нож. Его-то зачем взяли? Отбиваться от вражеских солдат? Продукты расфасованы, ножом тут резать нечего, да и в комплекте кухонной утвари нож есть.
У меня немного поднакопилось маны, я ещё помедитировал и снова всё без остатка пустил на рану, на этот раз чуть зарастив перелом. Мне его ещё недели две заращивать, да плюс гематома ещё.
Кстати, а что там снаружи? Сотрясения почвы ещё продолжались, но канонада явно ушла в сторону. Надо выяснить, что там происходит. В общем, закинул рюкзак за спину, подхватил баул и, стараясь не переломать ноги на обломках, направился к выходу. Убежище ненадёжное, нужно что-нибудь получше поискать. Я до сих пор не знаю, где я нахожусь и что происходит, попытка включить планшет тоже не увенчалась успехом: он требовал пароль.
А вот с переносом тяжестей я явно поспешил: меня вырубать начало, а я всего-то метров двадцать прошёл, до выхода на лестничную площадку. Кстати, над выходом была нарисована указательная стрелка с надписью «Бомбоубежище». Почему же эти трое не спустились в него, а свернули в подвал?
Бросив вещи, я присел на них, обессиленный, весь в поту, и начал медитировать. Нужно привести себя в такой порядок, чтобы хотя бы перемещаться нормально. Вокруг снова всё затряслось, донеслись разрывы, поднялась пыль, посыплись обломки пенобетона, но я дважды успел набрать полный источник, до предела (это способствует его раскачке) и спустил на лечение. Первый запас – на уменьшение гематомы, второй – на заращивание кости. И там и там понемножку, но сделал. Правда, голова от этого меньше болеть не стала, но в целом я почувствовал себя лучше.