Отвлёкшись на размышления, я не заметил, как лодка попала в поросли кустарника, отчего её отчаянно затрясло. Это я проглядел. Но ничего, проскочил, однако отвлекаться не стоит. До заката часа два; пока светло и ветер дует в нужную мне сторону, стоит уехать как можно дальше. Изредка я поглядывал на компас на руке, держа нужный курс. Пару таких компасов я сделал аборигенам, ориентироваться с ним проще, я их научил.
За вечер и часть ночи под устойчивым ветром я укатил километров на двести – это часов за пять. А что, ветер устойчивый, вполне тянул на приличной скорости. Это ещё ничего, я рассчитывал уехать и дальше, но тут в темноте засёк в стороне тёмную массу, которая меня заинтересовала. Я уже проскочил её, поворачивать и идти против ветра не хотелось, поэтому спустил парус и дождался, когда лодка, постепенно сбрасывая скорость, остановится, после чего застопорил её забитыми кольями, чтобы ветром не унесло. Без паруса, конечно, вряд ли, но мало ли буря будет.
Вообще, я в курсе, что, двигаясь галсами, смог бы доехать на лодке, просто за пять часов тело закостенело, мышцы болели от стояния в одной позе, к тому же я замёрз. Поэтому решил пробежаться, тут километров пять, самое то. Поставив лодку на якоря, прихватил пару бутылок воды и немного еды и побежал в сторону той тёмной массы. Я могу ошибиться, но, похоже, это снова какое-то судно.
Нормально добежал, даже особо и не запыхался, вот что каждодневные пробежки делают. Заодно и согрелся. Был я в комбинезоне, подогнанном по моему размеру, куртке и майке, на ногах – что-то вроде кед. Шляпу не брал (поскольку ночь, она не нужна), на боку сумка с вещами, едой и водой. Ну и на ремне два подсумка и кобура с бластером. Не то чтобы он мне сильно нужен, но пусть будет. Как псион я на малых расстояниях работал, вблизи, телекинез не превышал дальности Виденья, а вот если что подальше достать, как раз бластер пригодится.
Вскоре я изучал точно такой же корпус, как «Энта», в котором жила семья Энны. Точнее, модель другая, это видно, но судно тоже среднее и, главное, полностью обобранное, один скелет остался. Ему что, тоже в прыжковый двигатель попали? А вообще находка меня порадовала. Уверен, у пиратов на планете должен находиться тайник или отстойник, и мне стоит его поискать. Не знаю, есть ли тут моря-океаны, может, на другом континенте, но схроны должны быть.
Два часа мне потребовалось, чтобы изучить судно сверху донизу, поднимаясь на верхние палубы, где сохранились пол или лестничные пролёты. Виденьем я искал тайники или ещё что интересное. На «Энте» я тоже искал, но там всё было вскрыто: пираты искали тайники специальным прибором, который подсвечивал все полости. Тут, видимо, работала та же команда: все тайники найдены, и всё из них вычищено. Да и было тайников всего два. Видимо, в этом мире ничего не знали о «ткани контрабандистов», способной скрывать тайники от сканирования. Печально.
Выживших тут, очевидно, не было: следов присутствия, даже старых, я не обнаружил. Тем не менее эта находка изрядно меня воодушевила. Мои догадки верны, пираты бывают тут часто, значит, что-то да найду. Может, и с ними самими встречусь, это совсем здорово будет: можно будет заполучить в свои руки боевой корабль. А после я его восстановлю Силовой Ковкой до новенького состояния.
Я многое выяснил у Энны по этому миру, наши задушевные беседы слушали многие из её подопечных. Интересный это был мир. Сотни разных космических государств, включающих в себя от трёх планет (если меньше, то уже не считается государством) до сотни и творящих что хотят. Конечно, общие правила имеются, законы – тоже, поговаривают о создании Альянса, куда войдут все государства, и для них будет единый закон, но эта говорильня тянется уже пятьдесят лет, и конца-края не видно.
В этом мире всё покупается и всё продаётся. Если ты нарушил закон, но у тебя есть деньги, ты можешь перелететь в другое государство и получить новое гражданство с отпусканием всех грехов. Совершеннолетними тут становятся в шестнадцать лет, нейросетей нет, всё учат сами, есть училища космолётчиков с разными специальностями.
Однако все государства поддерживают общий закон о том, что боевые космические корабли могут быть только у военных. Сильно устаревшие небольшими партиями продают наёмникам, но только проверенным, и всё. А вот гражданские суда могут иметь все, причём разных размеров и в любом количестве, это не возбраняется. Из этого следует, что пираты на эсминце – это или бывшие наёмники, которые что-то натворили и находятся в розыске, или действующие, работающие на Фронтире и не оставляющие свидетелей.