Помимо моего бота там же стоял ещё один специализированный бот – спасательный. Я планировал из девчат-близняшек сформировать на него команду спасателей. Правда, для полного штата нужен ещё корабельный техник, однако одна из моих жён, та самая, что подарила мне Антона, выразила горячее желание стать техником. Уровень её интеллекта вполне это позволял, когда найдём соответствующие сеть и базы знаний, она выучится и войдёт в штат бота-спасателя.
Одна из жён желала стать старшим техником крейсера, ещё одна хотела быть пилотом, и я готов был предоставить им возможность получить данные специальности. Наложница, подарившая мне трёх дочерей, тоже мечтала стать пилотом. Однако она отрезанный ломоть: обучится и уйдёт, так что давать ей какую-либо должность на борту крейсера я не хотел. Может, когда пройдёт обучение, челнок ей выдам, чтобы практиковалась в управлении и нарабатывала личный опыт, но не более.
Таким образом, на лётных палубах у меня стояло по одному боту, по паре истребителей и по два челнока: один – грузовой, другой – грузопассажирский. У лётных палуб были свои склады, расположенные рядом, там хранились запчасти для палубной авиации и запасная авиация: шестнадцать истребителей, восемь перехватчиков, зарядное судно на базе челнока и два разведывательных шаттла. Я их специально на склады убрал, чтобы лётные палубы не загромождали. Ещё неплохо было бы заиметь пару штурмовых ботов, тот же малый буксир, но такие суда в дефиците; надеюсь, в поисках что-нибудь попадётся.
В полёте мы были девятнадцать дней: три прыжка по шесть дней. Да, должно быть восемнадцать, но в одном месте мы задержались на сутки. Сейчас поясню почему.
Первые два прыжка ничего не дали, системы оказались пусты. А вот во время третьего я обнаружил поле боя – пару разбитых крейсеров Арахнидов и шесть остовов боевых кораблей Содружества. Причём, похоже, это ещё не все участники битвы: видимо, дрейфуя, кто-то на планеты упал, а кто-то и за границы системы вылетел. За столько-то веков неудивительно, меня больше удивляло, что эти тут остались.
Мы сутки простояли в этой системе, и я лично посетил все шесть остовов. Я явно был не первым: сразу видно, что всё ценное снято задолго до нас. Но я искал именно схроны и тайники. На шести судах невскрытыми я нашёл всего четыре; стенки этих тайников были обшиты «материей контрабандистов», поэтому их и не нашли. Да и по мелочи чего только не было, что нам вполне могло пригодиться. Я набрал малый контейнер разных находок, и, когда мы ушли в новый прыжок, девчата с любопытством их перебирали.
Я забрал не только содержимое тайников, но и саму «материю контрабандистов», которую мой дроид аккуратно отодрал. В одном тайнике нашлись пакеты с тяжёлыми наркотиками. Состояние их было так себе, но близняшки затребовали себе эту находку: у них в медсекции было необходимое лабораторное оборудование, и они планировали переработать этики наркотики в нужные им медикаменты. Попробовали – и получилось.
В другом тайнике оказалась нычка инженера, включавшая кроме всего прочего дроида-диверсанта примерно седьмого поколения. Диверсантов у меня до этого не было, это первый, которого я нашёл, повезло. Дроида – на взлом, остальное – в мою профессиональную техническую мастерскую. Я только рад пополнить свои запасы.
Третий тайник привёл девчат в восторг, они визжали от радости. Такая находка действительно большая редкость. Это были кофры с базами знаний для шести пилотов малых кораблей и трёх средних кораблей класса «крейсер»; причём это были боевые базы, не гражданские. Помимо этих комплектов баз были боевые базы десантников и штурмовиков. Вот чего не было, так это баз для техников. И, к сожалению, ни в одном из тайников не было нейросетей и имплантатов. Очень жаль.
В четвёртом тайнике было, судя по бутылкам, элитное спиртное, но к этому моменту от него, по сути, ничего уже не осталось. Тем не менее близняшки эти бутылки прибрали и в своей лаборатории пытались с ними химичить, но вроде у них ничего не вышло.
Прыгать по соседним системам я не стал (мало ли куда снесло дрейфом останки других кораблей); как только закончил, разогнался и ушёл в прыжок. Именно из-за этого простоя наш полёт и длился девятнадцать дней, а не восемнадцать.
Вскоре мы вышли в той самой системе, куда и направлялись, это была одна из координат наших поисков. Ранее через эту систему проходили торговые маршруты, и тут находилась большая станция. Я надеялся её найти и заглянуть внутрь. Конечно, шесть сотен лет – большой срок, но надежда всё же была. Те маршруты, которые я выкупил у вольных торговцев, через эту систему не проходили, и оставалась надежда, что тут мародёры если и были, то вывезли не всё.