Пейтон помигала фарами, опасаясь, что водитель просто пьян. Никакого ответа не последовало. Машина приближалась. Проехав половину разделявшего их расстояния, Пейтон снова помигала фарами. Ответная вспышка света почти ослепила ее. Она отвернулась, но было практически невозможно укрыться от этого света. Свет бил прямо в лицо. Прямо в лицо.
Он движется по моей полосе!
Она включила сирену. Встречная машина неслась с бешеной скоростью, очевидно намереваясь столкнуться с ней лоб в лоб. В панике Пейтон нажала на газ и свернула вправо. Ее машина сразу же начала крутиться на ледяной дороге, совершенно выйдя из-под контроля. Вторая машина промчалась сзади нее, не изменив курса. Видимо, водитель пытался проехать по следам ее шин на снегу. Машина Пейтон ударилась в ограждение и рикошетом отскочила назад. Перед ее лицом резко надулась подушка безопасности, потом осела на ее колени. Машину продолжало нести на противоположную сторону улицы. Казалось, она движется по вихревой спирали — машину крутило, разворачивало. Свет передних фар слепил глаза, разрезая темноту ночи и освещая заснеженную дорогу. Передняя часть машины врезалась в бетонное ограждение, и сила инерции подняла машину над этим ограждением. Потом она наклонилась и перевернулась, снова перевернулась и, восстановив равновесие, покатилась вниз по дорожной насыпи.
Пейтон не могла пошевелить руками. Ее тело дергалось, голова билась о подголовник сиденья. Все стекла в машине разлетелись вдребезги. Разбились боковые окна, разбилось ветровое стекло. Ее окатил целый фонтан острых стеклянных брызг. Она ощутила неприятное покалывание на лице. Лицо стало влажным и теплым. Пейтон ничего не видела и ничего не слышала, даже своих собственных криков. После сильного удара машина прекратила скользить и катиться вниз. Разбитая машина приземлилась в снежный сугроб. Это смягчило удар. Пейтон не понимала, лежит ли машина на правом боку или, наоборот, на левом. Она не была уверена, находится ли в сознании. Ей казалось, будто она плывет, продолжает медленно двигаться. Она ощутила холод: он поднимался от ступней и дошел до колен. Потом Пейтон снова почувствовала влагу. Но это была уже не та горячая влага, которая окутала все лицо, — это был холод, ледяной холод. Машина упала в снежный сугроб. Ей казалось, что она плывет. Вокруг была вода.
Это озеро!
Пейтон плеснула воду на лицо, чтобы смыть кровь. Это сразу привело ее в сознание. Ледяная вода заполнила машину. Она сидела уже по колено в воде. Вода продолжала заполнять машину через двери и пол и имела явный красноватый оттенок. Она поняла, что это ее собственная кровь. В панике Пейтон начала дергать дверь, пытаясь открыть ее. Дверь не поддавалась. Она сообразила, что пристегнута ремнем безопасности, но не могла пошевелиться — нога была придавлена каким-то обломком, находившимся под рулем. Пейтон с силой дернула ногу, потом еще раз. Освещение приборной панели помигало и в конце концов погасло. Кровь не переставая заливала глаза, мешая видеть. Фары уже не горели, было темно, но она все равно ничего не смогла бы разглядеть. Вода продолжала прибывать. Машина медленно тонула. Хотя все тело Пейтон постепенно немело от холода, она отчаянно пыталась выдернуть зажатую ступню. Уровень воды все увеличивался, вода уже доходила до бедер. Потом до пояса. Пейтон звала на помощь: «Помогите! Кто-нибудь. Пожалуйста!» Но голос ее звучал так тихо, что это скорее походило на шепот. Она почти обессилила. Ее била сильная дрожь. Понимая, что вот-вот потеряет сознание, она снова попыталась позвать на помощь, но вместо звуков из ее горла вырывались только хрипы. Пейтон чувствовала, что начинает засыпать, но потом снова пришла в себя, когда холодная влага стала подбираться к груди. Ее живот, ее слегка выступающий животик, уже ощущал ледяной холод. На глаза навернулись слезы, и еле слышным шепотом она произнесла последнюю просьбу о помощи.
— Помогите, — прошептала она, тяжело наваливаясь на руль.
Пейтон вздрогнула, услышав звук тяжелых шагов. С большим трудом ей удалось приподнять голову. Краем глаза она увидела, что рядом кто-то стоит. Человек стоял по пояс в ледяной воде и с силой дергал покореженную дверь машины, пытаясь открыть. Пейтон хотела что-то сказать ему. Она чувствовала, как открывается ее рот, но это были скорее бесконтрольные движения. Казалось, что тело отказывалось ей повиноваться. Она напряглась, чтобы рассмотреть происходящее, но по-прежнему ничего не различила: кровь все еще заливала глаза, уже начиная замерзать на лице. Дверь машины удалось слегка приоткрыть, но дальше она уже не двигалась. Окна не было. Стекло разбилось при падении машины. Пейтон вдруг почувствовала, что ее крепко схватили за плечи, тело ее приподнялось над сиденьем, и она вскрикнула от боли. Ступня все еще была чем-то крепко сжата под холодной водой, однако нога разогнулась. Пейтон продолжали тянуть. Ступня ноги не двигалась, но боль уже исчезла. И мужчина тоже исчез.