— Да, только для того адвоката, который знает все до мельчайших подробностей о жизни своего клиента.
Наступила тишина. Потом Тони улыбнулся и сказал:
— Я шучу. Не относитесь к этому слишком серьезно.
Пейтон попыталась улыбнуться, но улыбка вышла какой-то нервной.
— Послушайте, — обратился к ним Тони. — Я человек, в общем-то, прямой. И моя работа состоит в том, чтобы перед судом присяжных изложить факты в самом выгодном для клиента аспекте. Моя обязанность тщательно сортировать всю ту информацию, которую клиенты сообщают мне с глазу на глаз. Итак, расскажите мне, что же случилось. Что бы это ни было, мы постараемся со всем справиться. Может быть, начнете вы, Пейтон?
— Лучше пусть расскажет Кевин. Если он упустит что-нибудь, я ему помогу.
— Прекрасно, — кивнул Тони.
— Все началось еще прошлой зимой, — стал рассказывать Кевин. Пейтон почти не слушала его. Тони делал записи в блокноте. Казалось, он ловил каждое слово Кевина. Она надеялась, что адвокат говорил правду о том, что он прямой человек. Пейтон никак не могла забыть разговор об избирательности памяти адвоката. Может быть, это такой своеобразный юридический юмор, но звучало весьма неутешительно. И что это вообще за человек, который может украсть в церкви?
Она заставила себя сконцентрироваться на том, что рассказывал Кевин, так до конца и не решив, что же представляет собой уважаемый Тони Фэлкоун.
40
Кевин начал рассказывать, но Пейтон постоянно перебивала его, пытаясь что-то уточнить или добавить. Сначала ей казалась, что он все время забывает упомянуть важные детали, но потом она стала подозревать, что он намеренно утаивает некоторые факты от адвоката. В конце концов она вдруг ясно осознала, что, оказывается, существует великое множество фактов, которые она по той или иной причине скрыла от мужа. Эта мысль ее неприятно поразила. Точно так же и он многое утаил от нее. Например, он никогда не рассказывал ей о красной розе, которую нашел на пороге их квартиры, после того как она попала в аварию. О том странном старике, которого встретил в книжном магазине. И о странице из его рукописи с посвящением, на которой кто-то нацарапал страшную фразу: «Она уже занята, козел».
После того как они в десятый раз, переглянувшись, произнесли фразу: «Почему я об этом ничего не знаю?» — Тони положил на стол блокнот и оценивающе посмотрел на них.
— Вы вообще знакомы друг с другом? — весело спросил он. — Кевин, познакомься, это Пейтон Шилдс. Пейтон, это Кевин Стоукс.
Их рассказ длился почти час, потом еще минут пятнадцать ушло на то, чтобы ответить на вопросы адвоката. В конце концов Тони откинулся на спинку стула и задумался. Полная тишина стояла целую минуту.
— Хотите знать, что я об этом думаю? — наконец сказал Тони.
— Что мы ненормальные? — подсказала Пейтон.
Он пожал плечами, как будто это и так было понятно.
— Давайте на минуту попробуем представить себя на месте окружного прокурора. Предположим, что он подверг вас обоих перекрестному допросу. Это вполне разумное предположение, поскольку тело нашли в багажнике вашей машины и в вашу квартиру нагрянула полиция с ордером на обыск, изъяв там пистолет. Итак, версия номер один. Первое. Пейтон изменяла Кевину и спала с Гэри Варнсом. Согласны?
— Не согласна, — запротестовала Пейтон. — Я не спала с тем парнем.
— Я не говорю о том, что происходило на самом деле, — возразил Тони. — Я стараюсь понять, какую историю мог бы слепить для присяжных прокурор из тех фактов, которые имеются в его распоряжении.
— Может быть, он не станет так уж концентрировать свое внимание на супружеской неверности, — предположил Кевин.
— Вы, наверное, шутите? Я стараюсь быть крайне деликатным и использовать такие пристойные слова, как «связь» и «неверность». Подождите, когда прокурор начнет действовать и, что еще хуже, оказывать давление, он будет выражаться гораздо проще: «молодой горячий жеребец влез на чужую жену. Этот чужак извергал свою сперму туда, откуда могли бы появиться на свет дети этой счастливой семейной пары». Я не упражняюсь в пошлости, а просто хочу подготовить вас.
— Мы будем готовы к такому, — сказала Пейтон. — Ведь наш адвокат очень осторожен и отличает, где восприятие, а где реальность.
— Для некоторых прокуроров восприятие и есть реальность. Итак, пункт номер один в этом деле государственной важности: Пейтон и Гэри совершили определенный акт. После этого обо всем остальном можно только догадываться. Но я сейчас прокурор и выдвигаю свою версию событий. Пейтон пытается разорвать эти отношения. Варнс начинает преследовать ее. Он надоедает ей на работе, потом крадет ее компьютер в библиотеке. Когда же он окончательно понимает, что Пейтон к нему не вернется, то угрожает ей тем, что расскажет Кевину об их связи, шантажирует ее. Тогда Пейтон во всем признается своему мужу. Вы меня еще слушаете?