— Алло, любимый, как ты себя чувствуешь после нашей встречи? — Улыбка зазмеилась на губах Алины, ох как она сейчас была довольна собой.
— Чего тебе? — Ох ты, ещё и недоволен он.
— А что это у нас с голосом? Тебя кто-то обидел?
— Если ты по делу, то говори, если нет, то я с тобой общаться не желаю.
— А я желаю! Это что же получается, Димочка? Меня любовником донимаешь, а сам... Одинцову там пригрел, думал, я не узнаю её, а я всё знаю, как же это она, опозоренная тобой, ещё работать согласилась, а?
— У тебя всё?
— Нет, не всё, завтра чтобы её не было в гостинице, понятно, иначе я её при всех ещё раз опозорю и выпру сама.
— Попробуй только заявись сюда, шалава, пожалеешь!
Алина онемела... Это что? Это кто? Гудков её шалавой назвал? Она прийти в себя не могла, обида стрелой пробила сердце. Ах ты тварь нищебродная, да если бы не мой отец, ты бы никогда не стал таким, каким стал!
Глава 9. Дмитрий Гудков.
Снова накосячил. Снова виноват, ну вот что я за человек, по башке папкой получил, ох ты, какая Надя стала, вообще не ожидал. Значит, она, она та самая Надька... Алина всё пронюхала, кто ей сказал? Или она узнала её? Надя... Значит, Ангел мой ребёнок, что я натворил в своей жизни? Исковеркал её. Сам. Собственными дурными поступками. Подожди, я Алину шлюхой назвал? Точно. Да и чёрт с ней, а кто она? То и есть. Противно от самого себя. Тошно. Дочке года четыре, а я и не знал, что она есть, думал, посмеялся над Надькой, а получилось теперь, что над собой плачу. Так вот...
- Алло? - Кто-то звонит, снова Алина? Нет, а друг, однокурсник, Завадский... С чего бы?
- Привет, Диман, как ты там, говорят, в Рязань уппылил? Верно?
- Привет, Сэм, да я здесь пока, в Рязани, а ты чем там занят? - Говорить не очень хотелось, но... пришлось ответить.
- Нормально, а что тебе больше делать, ты хоть и женат, но детьми не обременён, это я многодетный отец.
- Где же ты многодетный, один сын — это не много. - Невесело засмеялся над ним.
- Дочка через месяц родится, так что я прав. Ладно, тут вчера твоя звонила, спрашивала, как ту девчону звали, которую ты тогда... На спор с Никитой Дружининым... В общем, ты меня понял.
- И ты сказал? - Этот туда же. Да прекратите вы напоминать мне или нет? Я сам верчусь, как рыжий на ковре, как уж на раскалённой сковороде, забыть пытаюсь, а вы напоминаете.
— Сказал, конечно, у сестры узнал, они же вместе тогда учились.
— Ну и зря сказал, да, а с чего ты решил, что у меня детей нет? Если с женой нет, то это не значит, что вообще нет. — Аж разозлился на Сёмку что-то, хотя он и не виноват вроде.
В трубке тишина, недолго правда, а потом:
— Вот это да! Ты меня удивил, а твоя Алина знает?
— А при чём здесь Алина?
— Да, брат, не повезло тебе, вроде первый красавчик был на курсе, а вот с женой ошибся. Всё слышал.
— Вся Москва слышала, не ты один, — усмехнулся я. — Ладно, Сэм, мне не до разговоров, дела.
— Слушай, а что, одна из клубных от тебя родила?
— Не важно. — Бросил телефон на стол. Пусть от тебя клубные рожают, а у меня Ангел есть, и не от какой-нибудь клубной, и не от такой, как твоя жена, она мало чем от Алины отличается, а от Надежды, которая мне девчонкой досталась, а не как эти Алины и Снежаны, у Сэма жену так зовут.
***
Что же делать-то? Да кто там всё время звонит... Тесть... Этот ещё старый хрыч! Что тебе надо?!
- Алло?
- Дмитрий, это что за дела? Алина звонила, в слезах, сказала, что ты её шлюхой назвал, это правда? Дима, я всё понимаю, но называть мою дочь шлюхой не позволено никому!
- Вы скажите, что вам от меня надо? Может, вы хотите, чтобы я развёлся? Так я всеми руками за, к Алине никаких чувств не испытываю давно, она своим поведением окончательно убила их, так что реанимировать невозможно.
- Я бы не против, чтобы ты развёлся, но Алина не хочет, а почему — у неё спрашивай. Я не понимаю, что между вами происходит, при чём здесь какая-то администраторша Одинцова, кто она вообще такая? И какое отношение она к тебе имеет?
- Никто, вас это не касается, и вообще, давайте о работе, мне уехать отсюда? Надоело говорить о всяких семейных делах, это такая щекотливая тема, и касается только мужа и жены.
- Я не говорю, чтобы ты уехал, но хочу, чтобы ты уладил дела с женой, чтобы она больше не жаловалась мне, но это ладно, как дела идут?
- Хорошо идут, всё как запланировали, скоро в отремонтированный корпус перейдём, а этот под ремонт. Да, вот ещё, название прежнее оставим или сменим?
- Название? Мне кажется, что «Виктория» хорошее название, наверное, так и оставим, хорошо? Дмитрий, жалоб по работе нет?
- Нет, жалоб нет, все довольны и зарплатой, и рабочим временем. - Вздохнул я. - Пока.