- Ну, во-первых, он не мой, а во-вторых, мне не нужны от тебя дети, в любом случае я твоего ребёнка не признаю, если, конечно, ты не врёшь, что беременна, ты ведь правду никогда не говоришь. - Поставил я жирную точку, так мне хотелось унизить и жену, пока ещё, и тестя, так же, как меня унижают и Надю.
В кабинете наступила тишина.
Глава 12. Надежда Одинцова.
- Надь, как ты? - Люба смотрела на меня с сочуствием, Юров приезжал, а это очень плохо, к тому же Гудкова, как он теперь считает, застал на месте преступления.
- Я? Да всё хорошо, только завтра придётся идти забирать документы, и встреча с Юровым неизбежна, вот это мне не нравится, зачем, скажи ему, гостиница здесь?
- Не знаю. Разве можно понять этих богачей? - Пожала плечами Люба.
- Мам, Люб, смотрите, какая я красивая! - Дочка самостоятельно примеряет обновки, Гудков не поскупился, только меня это не радует.
- Красивая, ты, Ангел, самая красивая, кто бы сомневался. - Люба подхватила её на руки.
- Мам, а ты что такая грустная? Тебя тот дядька обидел? Я его побью. - Пообещала дочка.
- Не надо никого бить, Ангел, никто меня не обижал, поверь. Просто сегодня у нас гостей было много, и я устала. А ты у меня и правда самая красивая и самая любимая. - Обняла красавицу. - Девочка моя, булочка моя, Ангелочек мой.
***
Утром я поехала в "Викторию", чем раньше я там появлюсь, тем быстрее уволюсь. Валя как всегда была на месте, она всегда впереди.
- Надя! Ты вернулась? - Валька обрадовалась. - А у нас здесь...
Она осеклась, Алина выплыла, караулит меня, что ли? Как будто ждала
- Ты зачем пришла, Одинцова? Ты уволена со вчерашнего дня! - Прямо-таки закричала со злостью глядя на меня, у человека личная жизнь не клеится, ну а я о здесь при чём? Баранова не увожу и Гудкова тоже, он сам от тебя бежит.
- Я помню. За документами пришла, а не к тебе! - В тон ей ответила, и тоже на «ты», а как ещё с такими?
- Ты что себе позволяешь? Если ребёнка от моего мужа родила, то тебе всё можно, что ли?! - Ох и дура, только дура такое при всех сказать может.
Валька аж на стул присела. А я? А я подошла к Алине вплотную и с ненавистью глядя ей в глаза ответила.
- А ты тогда ещё, когда я дочку родила, не была женой Димы, и не понимаю, как так можно, зная, что у парня есть ребёнок, замуж за него пойти. - Надо же и мне ответить достойно. Не зря же я дочь академика, хоть и незаконнорожденная, но держу марку.
И, не дожидаясь её ответа, пошла в лифт, наверняка Юров здесь, напишу заявление на его имя. Написала заявление, попросила Лилию отнести на подпись, она зашла в кабинет к хозяину, через минуту вышла.
— Зайди к нему, Надь. — Испуганно посмотрела она на меня, а мне уже всё равно было.
— Можно? — Зашла в кабинет без стука.
— Вошли уже, проходите, Одинцова, поговорим с вами. — Пригласил он меня.
Я подошла к столу, но не присела, а ждала, что он скажет.
— Значит, я так понимаю, у вас ребёнок от моего зятя, и что вы делать собираетесь? — К чему он это сказал, я не поняла.
— Я к вам не за зятем пришла, я пришла увольняться, прошу подписать моё заявление по собственному желанию. — Мне всё равно здесь больше не работать, так что и вежливости от меня не ждите, мне хамят, и я в ответ буду.
В этот момент в кабинет влетела Алина.
— Папа, она нахамила мне, по тридцать третьей её увольняй! И запомни, Одинцова, у тебя ребёнок моего мужа, и мы у тебя его заберём! — В запале крикнула она.
— А где он, твой муж? Пусть сам скажет, что отобрать дочку у меня хочет, где он? Нет его, а ты никто моему ребёнку, поэтому уж ты-то точно никого не заберёшь, говорят, сама беременна, вот родишь и воспитывай, или отдай кому пожелаешь. — Спокойно ответила ей.
— И это говорит опозоренная Димкой на весь институт, да он ноги об тебя вытер, и ты осмеянная, униженная, сбежала из Москвы.
- Баранов об тебя тоже вытер ноги, кого он там? Соню любил, а тебя нет, так что не надо здесь святую из себя строить, я хоть в чужую семью, в отличие от тебя, не лезу, и не лезла, а ты и в чужую семмью раздор внесла, и мужа своего опозорила.- Усмехнулась в ответ, Юров слушал, слушал и не выдержал.
- Ну хватит, замолчали обе! Держите, Одинцова, я подписал ваше заявление. - Он повернулся к дочери. - Алина, выйди, я с Надеждой поговорю. - Алина не двигалась с места. - Вый-ди.
Та вышла, задрав нос.
- Вы теперь куда работать пойдёте? - Поинтересовался он. - Вы понимаете, что вы ни в одну гостиницу здесь не устроитесь?
- Уже постарались оклеветать и здесь? Ну что же, значит, пол мыть пойду. - Коротко ответила. - До свидания.
Забрала подписанное заявление и вышла, ведь испортят такие настроение с утра, а что ты с ними сделаешь? Пока оформляла всё, время шло, к обеду только освободилась и тут встал вопрос: ехать в «Надежду» или нет? А, съезжу, в лоб не стукнут, скажут «нет», значит, нет.