- Не надо передо мной отчитываться, я уже говорила, кажется, что не жена тебе и даже не подруга, поэтому делай что хочешь, твои проблемы меня не касаются.
- Ты мать моего ребёнка, поэтому тебя должно касаться всё, что связано со мной. - Вот что ты меня провоцируешь? Сейчас ведь завалю на кровать и не пикнешь.
Она покачала головой.
- Всё, что связано с тобой, должно касаться твоей Алины, а не меня, и вообще, собрался, поезжай, мне номер убирать надо.
- Убирай, да получше. - Улыбнулся ей. - Этот номер за мной остаётся, я обратно прикачу, сама понимаешь, я теперь без тебя и Ангела никуда.
- Договоришься сейчас, сам свой номер убирать будешь. - Хмыкнула она.
Ну Одинцова сама виновата, не надо так отвечать мне, всё-таки я прижал её.
- Отпусти! Тут, наверное, камеры везде! - Вырывается ещё.
- Мне на эти камеры всё равно. - Поцеловал, почувствовал вкус любви, давно со мной такого не было, сердце Нади колотилось как молоточек.
- Хватит. - Без сил прошептала она. - Поезжай уже.
- Люблю. - Тихо на ушко прошептал ей.
- Где-то и когда-то я уже это слышала, и любовь обернулась для меня слезами горькими, думаю, с тех пор ничего не изменилось.
- Когда-то да, а теперь всё по-другому... Ты же умная, Надь, сама всё понимаешь, прошли года, и всё поменялось, особенно отношение к жизни, к людям, я давно понял, что нельзя над чувствами смеяться, за это неизбежно наказание, оно и пришло.
- В философию ударился, а я поняла, что ничего назад не возвращается, что сделано, то сделано, и с этим как-то надо жить. И живу. И ты живи, она короткая, жизнь, в ней не должно быть места грусти, да, не должно, но, к сожалению, она бывает.
- И часто. - Согласился с ней. - Ладно, поехал я, ты меня жди, Надь, я обязательно приеду, думаю, что вряд ли нас разведут сразу, но надеюсь, что очень скоро стану свободным.
- Знаешь, а мне всё равно, станешь ты свободным или нет, замуж за тебя мне не выходить. - Удивила меня Надя.
- Ты, академическая дочка, что такое говоришь? Ещё как пойдёшь! И вообще, прекрати здесь спорить со мной, лучше назови фамилию отца.
- А зачем?
- Ну... Может, я знаю его, расскажу, когда увижу, что у него дочь есть, это ведь хорошо, отца обрести, у меня вот рано отец... умер.
- А чёрт он такой отец? Ну вот сам подумай теперь, когда меня вырастил отчим, да, не скрою, он не любил меня, но ведь он и не обязан любить чужого ребёнка, не обижал, и то хорошо. Ангела зато любит. - Надя удивляла меня своими рассуждениями, но, может быть, она права, тем более если родному отцу сразу не нужна была, то зачем он-то ей теперь?
- Может оно и так, ладно, поехал я.
- Удачи тебе. - Пожелала она мне.
Не успел я выйти из номера, кто-то позвонил Надежде.
- Хорошо, сейчас подойду. - Она отключила телефон и поспешила, куда интересно? Спросил, она ответила. - Французский мой срочно понадобился.
- Какая ты у меня грамотная, Надежда.
- Не у тебя, твоя Алина, а я вообще ничья, вот так. Пока, Гудков. - Надежда убежала.
Гудков... Покачал я головой, когда же ты меня по имени назовёшь, а? Надежда? Вздохнул, ну что же, надо ехать.
***
- Дима? - Мама пришла с работы, я уже помылся, только собрался разогреть борщ, который стоит в холодильнике, заодно пиццу заказал, и она пришла.
- Привет, мам, да это я, вот борщ разогреть хочу, поедим? Я пиццу заказал. - Обнял её.
- Привет, сын, ну зачем пиццу, у меня пирог есть, сейчас разогрею, с мясом пирог. - Она засуетилась. - А ты чего приехал?
- Развод завтра, да и ушёл я с работы. - Объяснил ей.
- Ладно, поедим давай, а после и поговорим. - Кивнула мама головой.
Мы молча поели, убрали посуду, помыли и зашли в комнату.
- Ну рассказывай, что у вас там, Алина звонила, чушь какую-то несла, называла тебя всяко-разно, какую-то бабу-дуру вспоминала, ничего не поняла, Дим.
- Ну хорошо, слушай. - Я рассказал ей всё, что её интересовало.
- Ангел, говоришь? А как зовут этого Ангела? - Непонимающе посмотрела она на меня. - И почему ты решил, что этот ребёнок твой?
- Ангел — это Ангелина, и родила её Надя от меня. Это моя дочь, посмотри, вот она.
Показал ей фото дочки на телефоне. Мам долго смотрела на девочку.
- Маленькая, на тебя похожа, где-то фото есть твоё, такого же возраста, это что? Студенческая связь? Ты же всегда Алину Юрову любил. А с этой что?
- А ты уверена, что хочешь знать правду? - Усмехнулся я. - Она очень неприятная.
- Да, хочу, не от Алины услышать: «позор», «спор», а из первых уст, то есть от тебя.
Я рассказал матери и о споре, и позоре, она слушала, склонив голову, потом спросила.
- Получается, я подлеца вырастила?