- Ты сразу узнала меня? - Неожиданно спросил он.
- Вы о чём? - Сделала вид, что не поняла вопроса. - Я не совсем поняла его.
- Всё ты поняла, Ангелина моя дочка? - Держите меня, я сейчас грохнусь прямо здесь.
- Мне некогда с вами говорить, никаких ваших дочек у меня нет, я пойду. - Собралась уходить, но его крепкие руки прижали меня к стене, а потом потащили в буквальном смысле слова в лифт.
- Здесь не хочешь, в кабинете всё расскажешь!
Я, обалдев от такой наглости, пыталась вырваться от этого троглодита и не могла, в кабинет меня в свой он затащил в буквальном смысле слова.
- Доволен? Чё тебе надо? - Схватила со стола папку с документами и по башке ему. - Пошёл к чёрту, - рванула к двери, только открыть успела, выбежать - нет.
- Куда?! Мы ещё не поговорили! - Затащил меня обратно.
Боковым зрением заметила перепуганное лицо Лилии, глаза по пять рублей, ну в шоке человек.
- О чём нам с тобой говорить?! Отстань от меня, Гудков! Ни о чём я с тобой говорить не буду!
- Будешь! Ты где вчера была? Я полдня прождал тебя, так и не дождался!
Что? Он мне здесь предъявы кидает ещё? Да я тебя, Гудок чёртов, не папкой, а вот этим графином приласкаю.
- Что? А ты кто такой, чтобы мне допрос устраивать? Ты лучше у своей жены бы спросил, где она бывает, а меня никто не имеет права спрашивать об этом! Уж ты-то тем более.
- Всё. Тихо. Давай спокойно поговорим, ну правда, Надь... Ты почему мне не позвонила и не сказала о ребёнке? Ведь могла.
- О каком ребёнке? - Ишь ты, шустрый какой. - И с чего это я тебе о своём ребёнке сообщать должна?
- Потому что это и мой ребёнок. - Усмехнулся он.
- Нет!
- А зачем же ты тогда её, Ангелину имею в виду, Гудочком маленьким называешь? - Он молча ждал ответа.
- Ты меня для этого сегодня на работу вызвал? - Я пошла к двери.
- Надь... Прости меня, я не должен был так себя вести, не знаю, что на меня нашло. - Ох ты, ещё и прощения попросил, совсем перевоспитался, видать, жена хорошая попалась. - Как мне теперь жить, если я знаю, что Ангел моя дочь.
- Как жил, так и живи, и всё же в виде бонуса спешу тебя порадовать, с неделю попереживаешь и забудешь о ней. - Его же слова пятилетней давности ему же назад вернула. - А ещё я смотрю, на тебя находить часто стало.
- Надя! - Крикнул прямо-таки, но я уже вышла за дверь.
***
- Мама, мама! - Дочка обняла меня. - Тебя Дима обидел?
- Нет, нет, моя хорошая, никто меня не обидел.
Валя ни о чём не спросила, но как-то странно посмотрела, изучающе, наверное, поняла что-то.
Часть 2. Алина Гудкова.
Значит, Одинцова... Одинцова... Ну что же, репост тебе, Гудков, бывшую подружку разыскал... То-то ты туда, в эту Рязань, чуть ли не бегом побежал. Так-так, сейчас я позвоню и всё узнаю, немного потроллю тебя, ненавистный муж.
- Алло, любимый, как ты себя чувствуешь после нашей встречи? - Улыбка зазмеилась на губах Алины, ох как она сейчас была довольна собой.
- Чего тебе? - Ох ты, ещё и недоволен он.
- А что это у нас с голосом? Тебя кто-то обидел?
- Если ты по делу, то говори, если нет, то я с тобой общаться не желаю.
- А я желаю! Это что же получается, Димочка? Меня любовником донимаешь, а сам... Одинцову там пригрел, думал, я не узнаю её, а я всё знаю, как же это она, опозоренная тобой, ещё работать согласилась, а?
- У тебя всё?
- Нет, не всё, завтра чтобы её не было в гостинице, понятно, иначе я её при всех ещё раз опозорю и выпру сама.
- Попробуй только заявись сюда, шалава, пожалеешь!
Алина онемела... Это что? Это кто? Гудков её шалавой назвал? Она прийти в себя не могла, обида стрелой пробила сердце. Ах ты тварь нищебродная, да если бы не мой отец, ты бы никогда не стал таким, каким стал!
Глава 9. Дмитрий Гудков.
Снова накосячил. Снова виноват, ну вот что я за человек, по башке папкой получил, ох ты, какая Надя стала, вообще не ожидал. Значит, она, она та самая Надька... Алина всё пронюхала, кто ей сказал? Или она узнала её? Надя... Значит, Ангел мой ребёнок, что я натворил в своей жизни? Исковеркал её. Сам. Собственными дурными поступками. Подожди, я Алину шлюхой назвал? Точно. Да и чёрт с ней, а кто она? То и есть. Противно от самого себя. Тошно. Дочке года четыре, а я и не знал, что она есть, думал, посмеялся над Надькой, а получилось теперь, что над собой плачу. Так вот...
- Алло? - Кто-то звонит, снова Алина? Нет, а друг, однокурсник, Завадский... С чего бы?
- Привет, Диман, как ты там, говорят, в Рязань уппылил? Верно?
- Привет, Сэм, да я здесь пока, в Рязани, а ты чем там занят? - Говорить не очень хотелось, но... пришлось ответить.
- Нормально, а что тебе больше делать, ты хоть и женат, но детьми не обременён, это я многодетный отец.
- Где же ты многодетный, один сын - это не много. - Невесело засмеялся над ним.
- Дочка через месяц родится, так что я прав. Ладно, тут вчера твоя звонила, спрашивала, как ту девчону звали, которую ты тогда... На спор с Никитой Дружининым... В общем, ты меня понял.
- И ты сказал? - Этот туда же. Да прекратите вы напоминать мне или нет? Я сам верчусь, как рыжий на ковре, как уж на раскалённой сковороде, забыть пытаюсь, а вы напоминаете.
- Сказал, конечно, у сестры узнал, они же вместе тогда учились.
- Ну и зря сказал, да, а с чего ты решил, что у меня детей нет? Если с женой нет, то это не значит, что вообще нет. - Аж разозлился на Сёмку что-то, хотя он и не виноват вроде.
В трубке тишина, недолго правда, а потом:
- Вот это да! Ты меня удивил, а твоя Алина знает?
- А при чём здесь Алина?
- Да, брат, не повезло тебе, вроде первый красавчик был на курсе, а вот с женой ошибся. Всё слышал.
- Вся Москва слышала, не ты один, - усмехнулся я. - Ладно, Сэм, мне не до разговоров, дела.
- Слушай, а что, одна из клубных от тебя родила?
- Не важно. - Бросил телефон на стол. Пусть от тебя клубные рожают, а у меня Ангел есть, и не от какой-нибудь клубной, и не от такой, как твоя жена, она мало чем от Алины отличается, а от Надежды, которая мне девчонкой досталась, а не как эти Алины и Снежаны, у Сэма жену так зовут.
***
Что же делать-то? Да кто там всё время звонит... Тесть... Этот ещё старый хрыч! Что тебе надо?!
- Алло?
- Дмитрий, это что за дела? Алина звонила, в слезах, сказала, что ты её шлюхой назвал, это правда? Дима, я всё понимаю, но называть мою дочь шлюхой не позволено никому!