Читать онлайн "Гулливер у арийцев" автора Борн Георг Фюльборн - RuLit - Страница 9

 
...
 
     



Выбрать главу
Загрузка...

— А женщин тоже делают бесплодными? — спросил я.

— С ними дело обстоит немного иначе. На празднике расы вожди берут себе в пещеру девушек и держат их там, сколько хотят, а потом отдают их Иозефу, и он делает их бесплодными, а вожди берут себе новых.

Угольф сжал кулаки и пробормотал:

— Пусть Иозеф попробует взять в пещеру Геллу!

Я тогда вспомнил девушку-подростка, плакавшую, когда младший вождь избивал Угольфа. По-видимому, это и была Гелла.

— Через несколько дней состоится праздник расы, — сказал Угольф. — Я на нем еще не буду, моя очередь наступит через один урожай.

Я спросил его:

— Чего же, ты будешь спокойно ждать, пока тебя превратят в бесплодного раба?

— Нет, я живым не дамся, пусть мне лучше отрубят голову!

— Нужно бороться, — сказал я.

— Бороться? — с изумлением посмотрел меня Угольф.

— Да, бороться, — повторил я. — Слушай, — и я рассказал Угольфу, как много столетий назад революционеры боролись с поработителями и после кровавых боев свергли их господство.

Угольф внимательно меня слушал и сказал:

— Я понимаю, ты прав, приходи сюда еще, только не скоро, а то нам будет плохо. Сегодня тебя никто не заметил, но в другой раз нас могут проследить.

Я протянул Угольфу руку, он сначала не понял, что означал этот жест, но я ему объяснил.

Через несколько минут я спускался с горы испытуемых, чувствуя подъем и радость. Я впервые встретил на острове Арии существо, с которым мог говорить, как с полноценным человеком. Я был очень доволен, что пробудил в Угольфе новые мысли.

Я понимал, что рискую жизнью: стоит Угольфу проболтаться, и я погиб. Но нельзя же было равнодушно смотреть на то, что происходит на острове. Довольно пассивности и изоляции! Мне необходимо попытаться сблизиться с испытуемыми.

Я попытался открыть дверь в пещеру, но она была заперта на засов. Мне пришлось постучать. Зигфрид с раздражением открыл мне и почему-то обругал меня «собачьей свиньей».

Лежа на циновке, я подводил итоги моему разговору с Угольфом. Теперь я понял, что рабов предварительно подвергают кастрации; это накладывает специфический отпечаток на их психику и превращает их в искалеченных людей. Я вспомнил, что в старую эпоху существовали секты скопцов, а также евнухи, которые, вероятно, точно так же выглядели, как Кор и другие рабы.

Последовавшие дни протекли без каких бы то ни было событий. Мной начали овладевать уныние и тоска. Я часто думал о своем безвыходном положении: я лишен возможности сообщить, где я нахожусь. Остров Ария никому не известен, и, быть может, я осужден провести всю свою жизнь в этом аду.

Однажды утром, когда я сидел, углубившись в свои размышления, меня кто-то тронул за плечо. Я обернулся, и увидел Зигфрида. Он был на этот раз почти любезен со мной; вообще за последнее время его отношение ко мне изменилось.

Старик сказал мне::

— Сегодня состоится праздник расы; если хочешь, пойдем со мной. Видишь, что я все для тебя делаю, помни это и цени.

Я поблагодарил Зигфрида, он сделал величественный жест и сказал:

— Когда надо будет, я с тобой поговорю о большом деле, а теперь идем.

Я пошел за стариком, стараясь держаться как можно ближе к нему. По дороге мы встретили других арийских вождей, на этот раз также и младших. Вскоре мы оказались на хорошо известной мне площадке великого судилища. Арийские вожди уже занимали свои места внутри свастики, младшие вожди, — я насчитал их человек двадцать пять — тридцать, — стояли у концов эмблемы. Еще дальше, ближе к скалам, разместились кругом человек пятьдесят девушек и юношей в возрасте шестнадцати лет. У большинства были бледные и испуганные лица, многие старались держаться ближе друг к другу. Некоторые, однако, поражали безразличием и подавленностью.

Наконец, появился вождь вождей, все приветствовали его криками «хайль». Воцарилось молчание.

Старик встал со своего трона и, опираясь на посох рукой, сказал:

— Споем гимн расе.

Я не разобрал слов этой песни, расслышал лишь припев: «Смерть евреям и французам». Меня поразило, откуда на острове Ария известно существование этих народов.

Вождь вождей указал пальцем на худого старика с седой бородой и выпученными глазами и сказал ему:

— Брат Гюнтер, скажи, что говорит закон? Тот встал и гнусавым голосом забубнил:

— Закон расы говорит, что боги ждут крови. Старик с посохом спросил:

— Есть ли у вас кровь?

— Есть.

— Где она?

— Вот.

В этот момент показались четыре младших вождя, каждый из них тащил по козленку.

Вождь вождей надел на голову шлем с рогами, поднял посох и закричал:

— Да прольется кровь!

Козлята были положены спиной вниз на изогнутые концы каменного креста, младшие вожди по знаку Гюнтера перерезали им горло. После этого вожди подходили к концам свастики, обмакивали палец в кровь и прикладывали ко лбу.

Когда эта церемония закончилась, вождь вождей спросил:

— Что еще говорит закон расы, брат Гюнтер? Гнусавый голос опять прокричал:

— Закон расы говорит: да будут отобраны вожди! Да будут отобраны чистокровные самцы и самки! Оставшиеся да будут обеспложены!

— Так говорит закон, — резюмировал вождь вождей. — Брат Гюнтер, кто здесь, по-твоему, достоин быть младшим вождем?

— Четверо, — сказал старик с выпученными глазами.

— Да приблизятся они ко мне!

Из круга вышли четверо юношей с дубинками в руках, они подошли к центру свастики и поклонились старику, сидевшему на троне.

— Спрашивайте, братья! — сказал он. Первым спросил Герман:

— Что такое раса?

Один из испытуемых ответил:

— Миф народа.

— Что такое миф народа? — спросил Рудольф.

— Голос крови.

— Что такое кровь? — спросил неизвестный мне вождь.

— Чистая кровь — самое святое, смешанная кровь — самое грязное.

— Кто должен жить на земле?

— Арийцы.

— Кто должен издохнуть?

— Все остальные.

Так продолжалось около часа. Наконец, вопросы были исчерпаны, и четверо испытуемых встали на колени перед вождем вождей, который дал каждому по серому халату и по поясу с прикрепленным к нему мечом.

После этого он три раза произнес: «Да благословят вас боги Вотан и Один». Лица новых вождей сияли от восторга; они, уже в халатах и с мечами, отошли в сторону и присоединились к стоявшим у конца свастики младшим вождям. Старик с посохом опять спросил:

— Кого, брат Гюнтер, ты считаешь достойным быть продолжателями арийской расы?

Гюнтер ответил:

— Чистокровных самцов и самок.

— Сколько в этом году мы их имеем?

— Трех самцов и пять самок.

— Пусть они предстанут перед нами.

Я уже достаточно хорошо разбирался в терминологии этих изуверов и нисколько не удивился, увидев приближавшихся микроцефалов с рыжими волосами и бессмысленным выражением лиц.

— Проверим их, братья, — сказал вождь вождей.

После этого началось нечто вроде ветеринарного осмотра, детали которого я не хочу описывать. В результате всей этой малопривлекательной процедуры, кандидаты были признаны отвечающими всем расовым требованиям и уведены в ущелье. Провожали их два младших вождя под звуки рога. Все остальные кричали им вдогонку: «Хайль».

Опять поднялся старик с посохом и сказал:

— Брат Гюнтер, что говорит закон расы об остальных?

— Они должны быть обеспложены, этого требует голос крови.

— Да будет так, — резюмировал вождь вождей.

Тогда встал сидевший невдалеке от Германа вождь лет сорока и заявил:

— Прошу продлить срок испытания для одной самки смешанной крови, так как я беру ее в свою пещеру.

— Покажите самку, — сказал старик с посохом.

Вождь вытащил за руку из группы испытуемых девушку, которая закрыла глаза рукой и опустила голову.

     

 

2011 - 2018