Теней становилось всё больше, выглядели они всё отчётливее. Теперь мы уже без труда различали силуэты людей, животных и ещё каких-то непонятных существ. Они непрерывно двигались. Создавалось впечатление, что мы находимся в авангардном кинотеатре, не премьере сюрреалистического мультика. Естественно, версия об игре света и тени уже не выдерживала никакой критики. Интересно только, что за существа отражаются на стенах, где они сами собственно находятся и для чего устроили нам этот «почётный кортеж»?
— Стоп! — Кристина застыла у очередного поворота.
Девушка внимательно изучила карту, осторожно выглянула из-за стены, снова посмотрела в карту.
— Мы на месте. Кажется. Гуло, можешь выставить рунную защиту?
Просьба девушки вызвала у меня улыбку. Руны были моим коньком. Одна из немногих магических дисциплин, которую я изучал с удовольствие и владел весьма прилично.
— Какого рода защиту? — уточнил я.
— В смысле?
— Защиту от кого или от чего? Магия, ловушки, природные явления, люди, Племя Тьмы. От кого надо защищаться?
— А что, от всего, что ты назвал, защищаются по-разному?
— Конечно.
— Тогда, выставляй все защитные формулы, что помнишь. Не знаю, кто или что нас поджидает, но к дверям мы просто так не подойдём.
— Смотри и учись.
Конечно же, если бы я начал составлять формулы против всех предполагаемых опасностей, получилось бы нечто чересчур громоздкое и, скорее всего, малоэффективное. Некоторые руны просто бы нейтрализовали друг друга, а то — ещё хуже — вступили в конфликт. Надо вспомнить что-нибудь компактное и по настоящему действенное. Блин, если бы существовала возможность влезть в мозги рукой и покопаться там, чтобы найти всё необходимое нам сейчас, я не колебался бы ни секунды. К сожалению, мозг это всего лишь, грубо говоря, полтора килограмма розовой массы, по виду напоминающей ядро гигантского греческого ореха. Если уж где рыться, то в памяти. Только вот она, треклятая, нематериальна! Никак туда не влезешь руками, даже чисто вымытыми.
— Ну что же ты! — лицо Кристины исказила болезненная гримаска. — Они же там задохнутся!
— Не мешай!
Всё! Выбор сделан! Если я не могу вспомнить чужих формул — самое время составить свою! Я, конечно, не бог весть какой специалист, но, как говорится — новичкам везёт. Надо рисковать! Тем более другого выхода ни у нас, ни у девушек за дверью, нет!
Только потом, возвратившись в агентство, до меня дошло, что я совершил на самом деле. Ведь в те минуты, перед дверью, одержимый идеей спасения девушек, я совсем не думал о последствиях моей «безакцизной», а проще говоря, палёной ворожбы. Нервная дрожь пробежала по всему телу, как только я представил, чем могла закончиться рунная авантюра для Кристины, Любавы, Елены и меня самого. Ведь, как только я начал составлять формулу, мы все оказались на грани смерти, а может и ещё чего похуже. Стоило мне выставить один неверный символ…
Впрочем тогда, в подвале, я думал о неудаче меньше всего. Возможно, какая-то неведомая сила, из сочувствия, едва заметно направляла течение моих мыслей и влияла на порядок выбора рун. Возможно, да. Возможно, нет. Скажу одно — сомнений у меня тогда не было. Если бы появилась даже тень оных, наши приключения в подземелье потекли бы совсем по иному руслу и мели иной финал. Не обязательно благополучный, а совсем наоборот.
Однако, как я говорил, тревожные мысли и сомнения овладеют мной через несколько часов, когда уже всё будет позади, и мы, в конторе, все вместе, будем отмечать удачное завершение операции.
Сейчас же, я вспомнил все двадцать четыре руны классического Футарка. Отобрал, знаки, которые, на первый взгляд, казались наиболее подходящими, порезал себе запястье, оторвал карман рубашки (благо она из натурального материала), испачкал палец в крови и принялся на клочке ткани вязать древние символы в единую руническую формулу.