— Поздно, зверёныш, госпожа Лилит уже здесь. Разве ты не заметил?
Блин, ну и идиот же я! Цвет линии, капризничающая зажигалка, необычный привкус табачного дыма. Я принял всё это за специфику Безвременья, а на самом деле и цвет, и вкус, и едва горящее пламя, ни что иное, как признак близости демона. Весьма могущественного демона, из высшей касты Преисподней! Ну, почему, я всегда попадаю к раздаче, когда остаются только пирожки с дерьмом?! Прямо талант какой-то!
— И где же она? — надеюсь в моём голосе не чувствовалось того, что я чувствовал сейчас на самом деле.
Вартриель кивнула в самый дальний и самый тёмный угол пещеры. Проклятие, и как я раньше не обратил внимание на едва заметный, но всё же различимы человеческий силуэт? Это всё проклятая саранча! Дихлофоса на них нет! Не отвлекись я на стычку со стрекочущими паразитами, наверняка бы заметил, что мы здесь не одни. Ну, после драки кулаками не машут, а потому, будем действовать по обстоятельствам. Может, и пронесёт. В хорошем смысле этого слова.
— Это тот самый смертный, — раздался из темноты томно-возбуждающий, низкий, с лёгкой хрипотцой, женский голос, — что, по недоразумению, попал в один из сильнейших кланов оборотней, а потом, по нелепой случайности, убил Кранца, тем самым, почти став равным нашей касте? Касте демонов.
— Это он госпожа, — ответила Вартриель.
— Никогда не подумала бы, — продолжала Лилит, — что рождённый дочерью Евы способен на такое.
— У меня случайно получилось, — я был настолько ошарашен и услышанным, и присутствием королевы демонов, что не смог сдержать дрожи в голосе.
— Случайность — основа мироздания и пример закономерности, — ответила первая жена Адама.
У меня не было желания вникать в потаённый смысл этих слов. Тем более, что я знал — Лилит, как и Азазель мастера обмана, манипуляций, виртуозы соблазнения, хранители похоти, а так же изобретатели косметики, парфюмерии, драгоценных украшений и много ещё чего, что сгубило жизнь и душу многим существам обоих полов во всех Мирах. Надо быть осторожнее.
— И к демонам я не имею никакого отношения, — не знаю, удалось ли мне напустить в свой тон смелости — наглости там хватило с избытком.
Лилит рассмеялась и сделала шаг в нашу сторону.
— Ой, ли? — изящное платье демоницы шуршало по каменным плитам, скрадывая шаги. Казалось, Баронесса Преисподней парит над полом, а может и не казалось — разве можно быть в чём-то уверенным, имея дело с праматерью лжи и измены.
Лилит застыла на грани тьмы и света. Даже ночное зрение не позволяло мне рассмотреть её лицо. С другой стороны, я чувствовал что её взгляд буквально препарирует каждый атом моего тела. Ощущение не из приятных.
— Допустим, ты не демон, — умопомрачительный голос вливался в уши, завораживая, успокаивая и лишая воли к сопротивлению. — Так кто же ты?
— Оборотень!
— Чушь. Альфа, от которой ты получил вирус, не была простым оборотнем. Ты это знаешь. От Кранца. Ведь так?
— Одно дело Алиса, другое — я. Она бывала в Мидине, обучалась у Повелителя Зверей… Я же — самоучка, невежда, люмпен… Мы не одно и то же.
— В этом ты прав — ты нечто иное. Ты гораздо сильнее, моложе и настырнее, а значит гораздо ближе к демонам, чем та девушка.
— Это неправда!
— Правда, Гуло. Правда. Не надо бояться собственной природы.
Лилит вышла из тьмы, и я невольно вздрогнул, Она была совершенством! Воплощением всех, даже самых потаённых мужских желаний. В её лице и походке я увидел невинность и наивность моей первой возлюбленной, с которой мы, невинно и неумело, клевали друг друга в губы, прячась под столом на дне рождении ей двоюродной сестры. Ну уже через мгновение передо мной стояла многоопытная, искушённая и ненасытная Аманда именно та, Аманда, чьи метки сейчас буквально жгли мою кожу. Демоница и не думала прекращать это адское дефиле и вот уже место вампирши заняла приветливо улыбающаяся Любава, а следом за ней я увидел девушку, с которой в изрядном подпитии познакомился на улице, и чьё имя затерялось где-то в лабиринтах памяти. А может я его и не знал? Нет, такого быть не могло — наши отношения продлились аж две недели, запомнились постоянным сексом и закончились, к моему облегчению, грандиозным скандалом и разрывом на веки вечные. Лилит и не думала останавливаться — все особи женского пола, на коих я когда-либо обращал внимание проскользнули перед моими глазами в течение минуты. От этого дьявольского хоровода у меня закружилась голова.
— Хватит! — я зажмурился и сжал виски ладонями. — Прекрати это!
— Что прекратить, Гуло?
— Превращаться в моих подружек, в знакомых и в совершенно незнакомых девушек!