— Водка плохо.
После выдачи столь «ценной» информации, массивная лапа потянулась к моим, добытым с таким трудом, бутылочкам. Благо, гигант был всего лишь смертным. Обладающим неимоверной силой, с пониженной чувствительностью к боли, но, хвала Создателю, с обычной реакцией. Мне не составило труда выхватить стеклянных красавиц, прежде, чем пальцы-сардельки сомкнулись на их горлышках.
— Иди к дьяволу, — я отскочил в сторону, полный решимости отстоять наколдованное мной пиво.
— Нет, — Слон выдал очередную идиотскую улыбку. — Сказали к тебе идти.
— Кто сказал?
— Бледный человек, Лена, и Хорёк.
Никогда не подумал бы, что серийный убийца, людоед с интеллектом четырёхлетнего ребёнка сможет меня так ошарашить.
— Бледный человек, это Иванов? — спросил я на всякий случай.
Здоровяк кивнул.
Проклятие! Я, вообще, отказываюсь что-либо понимать! Странная какая-то мозаика выкладывается. Обычно прижимистый в расходах экзорцист выдаёт девчонкам кругленькую сумму и отправляет за покупками, меня просто отпускает на все четыре стороны, а сам устраивает рандеву с Беспаловой и Хорьком. Как это понимать? Если уж он посвятил меня в свои планы, то я хотя бы должен присутствовать.
— Срочно в агентство, — заявил я.
— Нельзя, — другого ответа я и не ожидал.
— Это ты так решил? — я разрывался между возможностью ещё раз опробовать пара-магию или соблазном отыграться на Слоне физически за недавний инцидент.
— Нет, — громила развёл руками. — Бледный сказал, что у тебя встреча с девушкой. Она красивая?
Чёрт, я совсем забыл про свидание с Любавой!
— А встреча подождать не может? — поинтересовался я без особой надежды.
Слон покачал головой. Мало того, он увязался за мной следом. Нет, сперва я подумал, что он просто из вежливости сопит неподалёку, пока я допиваю наколдованное пиво. Потом, когда я вышел из переулка, а он следом — возникла мысль, что нам просто по пути. Но когда он след в след пропёрся за мной пару сотен метров, чётко повторяя каждый поворот и остановку, я не выдержал.
— Послушай, любезный! — здоровяк отреагировал тупой улыбкой на моё обращение. — А не отправиться ли тебе по своим делам?
— Я здесь, — исчёрпывающий ответ.
— Что ты здесь?! — я начинал злиться.
— Должен быть здесь.
— Зачем?!
— Чтобы охранять… тебя.
Блин, я даже не знал что подумать. Либо Константину, ведьме и Хорьку совершенно не нужны были свидетели, даже в лице этого туповатого субъекта. Либо у экзорциста начался приступ паранойи, и он, посреди бела дня, присылает ко мне телохранителем персонажа, от которого я бы предпочёл держаться подальше. Интересно, а Иванову не приходило в голову, как отреагирует этот ценитель женского мяса на мою новую знакомую? Если что, то в человеческом обличии, мне будет весьма непросто сдержать каннибальские порывы своего «телохранителя». Правда, можно сделать «ход конём», сыграть в свою игру и по дороге попытаться избавиться от нежелательной кампании. В конце концов, Иванов мне не нянька, чтобы я подчинялся каждому его капризу.
— Ладно, идём, — кивнул я Слону. — Только, чтобы слушал меня с полуслова.
В ответ я естественно получил дебильную улыбку.
24
Избавиться от опеки оказалось проще, чем я думал. Хватило трёх пирожков с повидлом, пяти мороженых и большой бутылки газировки. Всё это я добыл с помощью пара-магии, и подобно библейскому змею-искусителю сунул под нос Слону. Уговаривать здоровяка не пришлось. На секунду, у меня в душе даже мелькнула тень умиления, когда этот ребёнок в центнер весом накинулся на сладости. Потом, я вспомнил, что, наверное, с таким же вожделением на лице и горящими от жадности глазами он накидывался на расчленённые тела своих жертв. Причём, начал с собственной мамаши… Мне стало не по себе.
Погрузившись в бездну кондитерской «нирваны», здоровяк, казалось, забыл про всё на свете. Стараясь не шуметь и не привлекать к себе внимания, я выскользнул из укромного дворика, где предложил «телохранителю «слегка перекусить» и, оказавшись на людной улице, попытался раствориться в людском потоке, прикрывшись руной тумана. Чтобы уже наверняка.
Теперь, можно было идти на встречу с Любавой. Выуживать сведения о Беспаловой и эльфах, а, впоследствии, использовать их по своему усмотрению. Если уж Иванов решил секретничать, то, чем я хуже? Может, он мне не доверял из-за Лилит? Так прямо бы уж и сказал. В глаза. А то — прекрасно, замечательно, новые знания! А как с важными свидетелями работать, то иди, Гуло, прогуляйся. Нехорошо, так поступать, господин Иванов. Не по-товарищески. Кстати, нужно бы ему всё сейчас и высказать. Заодно и сообщить, что его план с «охраной» провалился. Пусть знает, что и мы не лаптем щи хлебаем.