— Реально, постойте пока у входа. — Подхватывает Аманда.
Стражи порядка, опешив от такого исхода событий и искренне надеясь на то, что им всё-таки не придётся прилагать хоть сколь-нибудь серьёзных усилий в захвате этих преступников, решили действовать решительно. Но, как часто это происходит, в ситуацию вмешалась одна непредусмотренная переменная.
В панорамное окно, тянущееся вдоль всей правой стены кафе, где они находились, с грозным треском влетает, спиной вперёд, человек в уже привычной для глаза идентичной серой форме. Всё действие происходит буквально в замедленном режиме перед сознанием Марка: сначала, ещё перед тем, как до них докопались вояки, что-то снаружи бросало неоднородные тени сквозь почти не просвечиваемое прямоугольное стекло, которое может максимум показать неясные силуэты людям, находящимся по ту сторону, в помещении; после этого, с преувеличенно-отчётливым треском достаточно толстого стекла, под громкие выкрики каких-то нелегалов, устроивших всю эту потасовку на улице, в пропахшее чем-то зловонным помещение, сшибая неустойчивые металлические стулья и деревянные столы, влетает человек с оторванной кем-то или чем-то правой рукой.
Это зрелище поистине ужасает и заставляет вмиг задуматься о ценности человеческой, очень уж хрупкой жизни, но сейчас всем далеко не до раздумий о подобном.
В том самом месте, где плечо должно плавно переходить в руку, стало заметно переплетение жестоко оборванных мышц, извергающих из себя мерзостные на вид телесные соки и багровую кровь. У Марка от подобного зрелища сразу к горлу подкатил неприятный ком, обозначающий собой желание желудка испустить рвоту, но он кое-как себя сдержал.
Это тело упало практически посередине зала, сразу приковав к себе внимание всех, кто находился в данный момент в заведении. То были люди разного возраста: от стариков, пришедших сюда повспоминать былые годы с друзьями за чашкой чая, до подростков, которые, судя по красноватой облегающей форме, были участниками очередного военно-патриотического клуба. Последние даже с прытью повскакивали из-за своего стола, видя как их будущий коллега распластался после столь ужасного акта применения грубой физической силы, но вмешиваться, как бы то ни было, не спешили.
Все, включая и подошедшую делегацию, смотрят на это зрелище не отрывая жадных глаз, что позволяет Марку и Аманде быстро среагировать. Девушка, обезумевшими глазами глянув на всё ещё держащего в вытянутой полу-стальной, полу-пластиковой руке болтающиеся туда-сюда наручники, напоминающие чем-то стрелки часов, вскакивает из-за стола и с локтя прописывает ближайшему от неё военному прямо в почки. Такой манёвр заставляет последнего обессиленно скрутиться на полу. Марк же подхватывает инициативу, грубо схватив робота за его вытянутую конечность и напрягая все доступные ему мышцы, со всей силы кидает его в сторону влетевшего на досуге тела. Вдвоём, помогая друг другу, им удаётся растолкать оставшихся и выбежать навстречу жаркому вечеру, на грязную улицу, прямо под очередной агитационный столб. Там, прямо перед уже побитым окном кафе, люди из КОГа теснят небольшой патруль сычей во главе с тем самым покалеченным офицером, оставшимся на кафельном полу заведения.
Марк, чуть споткнувшись о разбитое стекло, выбегает прямо за девушкой в образовавшийся проём, где их встречают четыре человека, всем своим внешним видом крича о своей принадлежности к организации Рэя. Тут же он замечает и своего друга — Пирса. Они, молча оглядев друг друга, начинают слышать писклявую сирену, стремительно приближающуюся из-за домов. Это, вероятно, один из телепортеров, посланный сюда уладить конфликт.
Отряд, насчитывающий теперь уже шесть человек, бросает пару поломанных, но не добитых роботов валяться у разбитого панорамного окна. Молниеносно среагировав, шестеро принимаются бежать отсюда к ближайшей охраняемой КОГом территории. Благо совсем рядом есть один из лифтов, ведущий прямиком в Гельн. Суть, конечно, не в том, чтобы уйти на нижний ярус, а скорее попасть под прикрытие их ребят, контролирующих этот самый переход.
Они бежали и, когда уже вроде бы совсем запыхались, снова и снова чувствовали спасительный прилив адреналина в крови, позволяющий бежать столько, сколько это потребуется. Однако летающая махина уже показалась из-за массивных кварцевых зданий и не собиралась сбавлять нарастающую скорость, ведь механизмы, в отличии от плоти, не устают, а изнашиваются при этом безмерно долго.
Бунтовщики вместе с примкнувшими к ним Амандой и Марком неслись сквозь сравнительно широкий проспект, разделённый на две части полоской стриженных квадратом кустов, на ходу толкая случайных прохожих. Сейчас с укоризной на них смотрело абсолютно всё: от проходящих мимо зевак и преследующих их агентов до лиц бравых солдат, мелькающих крупным планом на нередких экранах.