Вспомнил и Аркадий. Не молодость, конечно: не успел еще состариться-то. Другое. Как выбрался из могилы – почему-то один! Как искал Эльвиру. Звал, кричал, все кусты обшарил – тщетно! Не было девушки. Неизвестно, куда делась. Красавица с жемчужными волосами…
А поставить, что ли?
Хмыкнув, Аркадий так и сделал. Заказал себе бутылочку «Арани асжок», подошел к автомату, выбрал диск. Зашипела по дорожке игла…
Сидевшие у стойки девчонки посмотрели на Иванова с удивлением. Разом моргнули и вдруг поздоровались. Хором сказали «привет!»:
– Сиа!
Иванов улыбнулся, кивнул на свой столик:
– Сиа.
Девчонки поспешно перебрались, не пришлось и уговаривать. А вот пива им заказать пришлось. Из вежливости, раз уж позвал. Эх, мать-судьбина. Шел за одним, нашел других. Двух изумрудноволосых лахудрочек… Себе да Лехе Луноходу.
После безуспешных поисков пришлось вернуться в Будапешт, к Лехе. Заказать билеты на ближайший рейс «Визз-Эйр», и теперь…
Что еще делать-то?
Старик, вернее, два старика, на встречу с которыми так надеялся Аркадий, похоже, здешними завсегдатаями вовсе не числились. Или все же числились? Как и, может быть, эти вот девушки?
Пару дней назад в эту кафешку Иванов заглянул случайно. Просто бродил по центральным улицам, да захотелось укрыться от дождя. Заказал пиво, пиццу… Пиццу пришлось ждать. И пока ждал, краем уха услышал разговор…
Говорили по-русски. Не то чтобы это была такая уж редкость в Будапеште, вовсе нет. Просто сама тема беседы…
– А я говорю, Фаркош был зверь. Зверь, фашист и чудовище. Правильно его расстреляли.
– Так я разве против, Алексей? Я того же мнения, да. И как офицер, и как человек…
Первый определенно был русским… или русскоязычным. Его собеседник тоже владел языком, говорил бегло и почти без акцента. Как многие, кто еще в советские времена учился в СССР. Офицер… военный… или КГБ! Коллега пропавшей Эльвиры.
– Ты знаешь, как они ожесточились? Как хватали коммунистов? Истязали, вешали вверх ногами на деревьях.
– Знаю, отец рассказывал…
– Извини, Иштван, если я уж слишком эмоционален…
– Ничего-ничего, Алексей… Так, говоришь, ты нынче журналист?
– Блогер, Иштван, блогер. Блог веду о коммунистах-жертвах. Ну, вот в таких вот конфликтах, как у вас в пятьдесят шестом… Которые не пойми что. С одной стороны – народная революция, а с другой… Знаешь, к Фаркошу в плен попали несколько наших девушек, военных… Дальше не хочу и говорить. Ты говорил про фото?
– Да-да, у меня есть. Очень старые. Но такие, что… без страха не взглянешь. Я принес, но не все… Может, мы с тобой…
– Нет. Только в кафе. Не дома. Ты ж сам понимаешь, дружище.
– Понимаю.
– А я тебе завтра даже назову фамилии. Ну, тех девушек. Кого они… Чтоб ты знал, кого в архивах искать. Одна так молоденькая совсем, младший лейтенант, красавица… была.
– Из наших?
– Ну да.
Младший лейтенант, красавица. Пятьдесят шестой год. Это вот все Иванов припомнил уже на следующий день. Нет, конечно же, мало ли в пятьдесят шестом году было девушек-офицеров, красавиц? Тем более Эльвира-то там никак не могла быть, она ж в пятом веке… Или… Или все же могла?
– Красавицы говорят по-английски?
Изумрудноволосые хмыкнули. Так, кое-что говорили. Видно, в школе учились плохо. Да и не так они языками работать привыкли. В смысле, не говорить.
Одна, с хищно изогнутым носом, представилась первой:
– Жужа.
Жужа, надо же!
– Очень приятно. А я – Жорж.
Вторую, симпатичную, звали Лаурой. Чего девки хотели, было видно сразу, невооруженным взглядом. Ну что ж, хоть так отвлечься. У Лехи Лунохода на таких вот особей денег точно хватит. Только как бы потом лечиться не пришлось.
Кстати, у Жужи глаза красивые. Аркадий вдруг вспомнил, как еще совсем недавно – во время пандемии – все носили маски. Тогда было бы все равно, какое у девушки лицо. А вот глаза – да-а!
– Жорж… Ты где живать? Отель, да?
Иванов хотел было что-то соврать, но не успел. Из музыкального автомата в углу вновь зазвучала музыка. Шаролта Залатнаи, «Зачем нужно забывать». Поставив пиво на стол, молодой человек поспешно оглянулся…
Вот он! Тот самый ста… Да какой там старик! Так, видный из себя мужчина лет шестидесяти. Короткая стрижка, седые виски, бородка. Одет хорошо: серый, в полоску пиджак, модного покроя брюки, алый жилет. Бежевая, в тон пиджаку, рубашка с шейным платком. Обычно так одевается стареющая богема.