– Я тоже буду тебя вспоминать, – потупившись, призналась красотка. – Возможно, до конца жизни. Но ты только не воображай, что…
– А может, ты со мной?.. – вдруг предложил Аркадий.
– Или ты… – Эльвира вздохнула и прикрыла глаза, словно бы не хотела, чтоб возлюбленный видел ее слезы. – Нет, дорогой. Нам не суждено быть вместе. Чужой мир отторгнет нас очень быстро. Год-другой – и все. Может быть, даже месяцы… Так говорила колдунья.
– Что еще за колдунья?
– Та, что рассказала мне про мечи… Она умерла уже… Завтра мы уйдем! – тряхнув головой, решительно бросила девушка. – Ну, или в самое ближайшее время. Надо только придумать, как оторваться от слежки.
– Вот! Я именно это и хотел предложить.
Юные германцы между тем сменили мечи на дротики-фрамеи, а их, в свою очередь, на луки. Старый воин с седыми косами, взяв лук, неожиданно подошел к гостям.
– Его зовут Видибальд, – перевела Эльвира. – Он сражался под стягом Ардариха в битве на Каталаунских полях. Против владычества Рима, за Аттилу. Этот лук – гуннский. Может быть, славный Аркадиус захочет что-то им показать? Он слыхал, что скифы славятся искусством меткой стрельбы ничуть не хуже гуннов.
– Хм…
«Славный Аркадиус» даже не думал. Отказаться сразу же! Только придумать как, чтоб не обидеть. Показать свое неумение во владении древним оружием смерти подобно! Это означало бы вызвать нешуточные подозрения. Как это так? Знатный скиф – и не умеет биться мечом, не стреляет из лука! Да уж, подозрительней некуда. Такого просто не может быть.
– Э-э… Я перевела, будто ты дал своим богам обет до самой великой битвы не брать в руки оружие! – быстро сообразила переводчица.
Да уж, мозги у этой красотки работали – дай бог каждому!
– Славный Видибальд все понимает и просит лишь благословить лук…
– Как это – благословить? – Молодой человек озадаченно моргнул. – Перекрестить, что ли?
– А что? Можно, – согласно кивнула девчонка. – Крест в этом мире – символ не только Христа, но и Тенгри, великого бога степей. А ваших скифских богов здесь вообще не знают. Просто заручиться их поддержкой перед великой битвой не грех. Чем больше богов, тем больше силы.
Лук был красив, как красиво, наверное, любое боевое оружие, исключая самоделки. Довольно короткий, приспособленный именно для стрельбы с лошади, лук имел обратный изгиб – таким образом при меньшем размере достигалась большая убойная сила лука. Естественно, составной, для большей упругости и прочности укрепленный костяными накладками. На накладках были искусно вырезаны разные диковинные растения и звери.
Кроме лука старый воин принес и колчан со стрелами, кои, видимо, тоже надобно было благословить. В колчане их было штук тридцать. Около восьмидесяти сантиметров длиной, снабженные втульчатыми железными и костяными наконечниками, стрелы представляли собой весьма грозный снаряд, учитывая, что выпускались они за пару минут.
– О да, это страшные вещи, – поглаживая принесенный колчан, промолвил славный Видибальд. Эльвира добросовестно переводила. – Вот, к примеру, вы держите в левой руке пучок раздвинутых веером стрел. Прижимаете их к луку. Просовываете руку между тетивой и луком. Берете стрелу двумя согнутыми пальцами, прочно удерживая ее с двух сторон, и кладете на нее большой палец. Затем отводите стрелу назад, чтобы тетива сдвинулась вдоль большого пальца и вошла в выемку стрелы. И натягиваете тетиву, одновременно поднимая лук…
Да уж, да уж. Иванов мысленно содрогнулся: все это сложно было даже представить, тем более – воплотить в жизнь. Да еще на полном скаку! Понятно, почему так боялись гуннов…
– Акцепт, Найтвиш, Антракс, – произнес Аркадий первое, что пришло в голову, и размашисто перекрестил лук – благословил.
С достоинством поклонившись, старый воин отбыл к своим подопечным, оставшимся на опушке и с любопытством посматривавшим в сторону гостей и своего боевого командира.
– Вот и второй, – проводив взглядом ушедшего Видибальда, тихо сказал Аркадий. – Не поворачивайся. Краем глаза смотри… ну, как бы невзначай.
– Да знаю. Грязный слуга якобы собирает хворост. Набрал целую вязанку и чего-то ждет. Чего? Ясно, наблюдатель.
– Молодец!
– А то! – Девушка горделиво приосанилась и хмыкнула. – Есть и третий. Сам увидишь или подсказать?
– Девчонка, – поразмыслив, сообразил Аркадий. – Та, что ест малину. Между прочим, ягод-то совсем мало уже – не сезон. А она к кусту как прилипла.
– Правильно. Я давно ее приметила.
– Рад стараться, товарищ младший лейтенант.