– Сэр Жека, уверяю вас, что подобного не повторится. Более того, я буду рекомендовать его величеству установить дружественные отношения с орденом Знающих. Расположение двух могущественных персон королевства к вам в достаточной мере характеризует отношение короны к ордену. В какую обитель нам лучше отправить посланника?
– Господин советник, думаю, что правильным выбором будет обитель под началом магистра Леаста. Та, где производят магические экипажи. Подозреваю, его величество осведомлен о ее местоположении.
– Полагаю, да. Благодарю вас. Вынужден попрощаться, государственные дела, – ответил посол, проглотив скрытую колкость, и отбыл.
– Леди Доминиэль, прошу принять половину вознаграждения, вы его заслужили, – произнес граф. – А остальное в любом случае изымет графиня, она нехотя выдает мне скудные суммы даже на самое необходимое.
Жасмин негодующе взвизгнула.
– Он шутит, – успокоила ее Анниэль и прикрикнула на мужа. – Не дразни ребенка!
Озорной мальчишка довольно ухмыльнулся.
– А мне что-нибудь причитается? – поинтересовался Гур. – Тут деньги делят, а меня жены со свету сживут, если заявлюсь без добычи.
Тут уже рассмеялись все. Даже подошедшие сенешаль с начальником тайной стражи. Я отстегнула любимую брошку, центр которой украшал крупный причудливо окрашенный агат, сняла кольцо с темно-красным гранатом. Люблю такие камни.
– Сэр Гур, вручите вашим прелестным женщинам эльфийские награды за мудрость мужа.
Виконт, не по годам состоявшийся, вежливо поцеловал мне руку.
Граф с графиней отправились к магомобилю, собираясь показать гостям окрестности, милый мальчик уговорил их задержаться на ночлег. Мы же заторопились к остальным, чтобы поделиться новостями.
Но не секретами.
15. Каменные палаты. I palazzi di pietra
Жека. Командировка
Обаяние – это смесь естественности и кокетства. Моруа
Я отберу у вас щит, но оставлю копье. Уайльд
Вчера мы с отцом отвезли магистров в обитель. Я на Эки, а батя на Гуме. Столичные гости тоже с утра покинули поместье. Третьего дня состоялся прощальный ужин в честь наставников академии. Заодно мы как бы приветили нагрянувшее начальство. За трапезой сенешаль не сводил глаз с Доминиэль, говорил комплименты, приглашал в гости. Эльфийке подобные ухаживания оказались отнюдь не в тягость, она довольно улыбалась, заманчиво покусывала алые губки, иногда поводила плечиком, чтобы, будто невзначай, толкнуть плотными сосками тонкую ткань рубашки. Создавая мгновенные этюды в стиле «ню». В эти моменты старый солдат застывал, раненый очередной стрелой Амура. Доминиэль, в полной мере осознавая собственную соблазнительность, томно мурлыкала, что, дескать, будет весьма занята учебным процессом, но не возражает, если его сиятельство иногда найдет время, чтобы посетить скромную келью наставницы. Чувствую, сенешаль скоро освоит дорогу в обитель и проторит путь к сердцу прекрасной дамы.
Виконт Осборн, слегка улыбнувшись при виде разгорающегося флирта, обратил интерес на остальных магистров. Дружелюбно перебросился с каждым несколькими фразами. И, что называется, «взял на карандаш». Теперь они все были занесены в собственную базу данных. Паззо чуть лукаво поглядывал на виконта. Ему, как магистру магии разума, был абсолютно открыт профессиональный оттенок интереса начальника тайной стражи к сильным магам, обосновавшимся на территории королевства.
В эти дни мы много общались с Антори. Очень толковый и симпатичный человек. Если бы он не был магом, я бы назвал его классическим интеллигентом. Спокойным, предупредительным, безукоризненно вежливым. Это была не та рыцарская учтивость, идущая от чести, от понимания, что достойно, а что – нет, которой исполнен магистр Сано, а вежливость, порожденная разумом, видящая в собеседнике личность, достойную внимательного отношения. Я рассказывал Антори о природе горения, когда вещество соединяется со специальным газом, кислородом, находящимся в воздухе. Объяснил, что огонь, особенно синий, содержит в себе, пусть и немного, особую форму материи, плазму. Любое вещество, даже камень, можно превратить в плазму, если сильно нагреть. Поведал о том, что видимый свет является лишь частью световой палитры, так как к красному краю спектра примыкает незримое излучение, ощущаемое нами как тепло, а за синим светом идут невидимые эманации, вызывающие загар. Магистр сосредоточенно внимал научным речам и задавал вопросы, свидетельствующие об осознании услышанного. По крайней мере первичном. А до конца все равно никто ничего не понимает. И никогда не постигнет. Абсолютное познание любого явления недостижимо. Закон природы имени меня.