– Папа, мама, этот дядька плохой и хочет учинить какую-нибудь гадость.
Муж подмигнул ребенку. Дескать, пусть его.
– Что вы там мигаете! – вдруг взорвался маркиз. – Да уйди ты наконец со своим блюдом! – заорал он и залепил пощечину служанке, подававшей ему очередную перемену.
Девушка вскрикнула и уронила тарелку на пол. Схватилась за щеку. Любимый отложил вилку и ласково улыбнулся маркизу. Гости оторопело застыли. Ой, что сейчас будет!
– Не к лицу дворянину так вести себя в чужом доме, – все с той обаятельной улыбкой, спокойно сказал муж. – Негоже своим поведением пугать детей и к тому же подавать дурной пример. Ударив моего человека, тем более беззащитную женщину, вы в моих глазах потеряли честь дворянина и недостойны здесь находиться. Посему, милорд, прошу немедленно покинуть мой дом.
– Это я недостоин? Да кто ты такой, жалкий выскочка! В моем роду шестнадцать поколений дворян! И я не буду размениваться на любезности со всяким быдлом, как это делается в вашем жалком графстве!
Чижик с возмущенным выражением лица прижала к груди заплакавшую Жанниэль. Граф свирепо сверкнул глазами.
– Что же, я также не буду размениваться на любезности с быдлом, – по прежнему ласково произнес любимый.
Встал и, подойдя к стулу маркиза, внезапно схватил его за ворот и портупею и мощным рывком поднял. С разворота запустил наглеца в направлении двери. Маркиз открыл ее собственным лбом. Муж поднял оглушенного невежу тем же приемом и погнал дальше. Мы рванулись следом.
Маркиз кубарем скатился со ступенек подъезда, пересчитав каждую. Думаю, ему до сих пор не приходилось испытывать на себе подобный способ транспортировки. Любимый крикнул управляющему:
– Сопровождение этого господина на выход! Сержанта ко мне!
Из подъезда выскочили четверо слуг маркиза. Дожевывая пищу, испуганно обозревали открывшуюся взору картину. Граф распорядился:
– Готовьте экипаж. Маркиз неожиданно и весьма спешно покидает нас. Государственные дела.
– Сержант, обеспечьте безостановочное движение маркиза со свитой до границ графства. Любые заминки в пути подавлять силой. Если когда-нибудь заметите данного субъекта на территории графства, разрешаю рубить на месте, – приказал он подошедшему начальнику гарнизона.
– Слушаюсь, граф!
Побитый грубиян, бормоча распухшими губами невнятные угрозы, заполз внутрь кареты. Вскоре коляска со злополучным гостем убыла в сторону тракта в сопровождении десятка ветеранов.
– Господа, прошу прощения за отвратительный инцидент, – вежливо обратился к гостям мой воин. – Боюсь, у меня не было выбора.
Поцеловал успокоившуюся Жанниэль. Улыбнулся старшим детям. Оунир с восторгом смотрел на папу. Лима довольно подпрыгивала.
– Маркиз повел себя безобразно. Я всегда его недолюбливал, хотя у наших территорий давно сложились устойчивые торговые интересы. Приходилось терпеть, – высказался один из гостей.
– Мы засвидетельствуем перед сенешалем королевства, что вы не были виновны в разразившемся скандале. Но зная злобную сущность маркиза, боюсь, он так просто этого не оставит, – заявил другой.
Остальные гости согласно кивнули.
– Значит оставит непросто. Нужно опасаться не того, что он займется мной, а того, что я займусь им, – задумчиво произнес любимый. Потом улыбнулся и задорно произнес: – Однако господа, скажите честно, вам понравилось то, как он кувыркался?
Все рассмеялись, признав, что зрелище изгнания маркиза выглядело захватывающим. Как по исполнению, так и по действующим лицам. Настроение поднялось. Подумаешь, маркиз! Мы завершили обед и проводили гостей к их каретам. Хорошие дороги, чистая вода, уборка мусора, элитные семена, невысокие налоги, вот главные ключи хозяйственного успеха, в качестве напутствия подытожил муж. Чтобы состричь много шерсти, нужно вырастить здоровую овцу. Гости согласно кивали. Рассаживались по экипажам и оживленно прощались с нами.
Да уж, с милым не заскучаешь!
Жасмин. Нападение
О неразумные, вы думаете, что черное пятно убийства может смыть речная вода! Овидий
Между местью и наказанием есть разница: наказание производится ради наказуемого, а мщение ради мстящего, чтобы утолить его гнев. Аристотель
С момента, когда господин порадовал нас, отлупив мерзкого маркиза, пошел третий день. Ранним вечером, когда любимый господин с не менее любимой мамой вернулись в дом после занятия магией, из селения Тасно донесся сигнал тревоги. Налет! Оставив госпожу с детьми в доме господин вызвал командира гарнизона. Вскоре половина гарнизона взяла под охрану дом, а любимый, прихватив меня, на бешеной скорости ринулся в селение. Точнее Эки гнала я, так как он хотел быть готовым в любой момент вступить в бой. Двадцать ветеранов мчались вслед за нами.