Я, используя магию воздуха, добился того, чтобы слова Багнато были слышны даже самым удаленным гвардейцам. Барон, энергично жестикулируя, продолжил:
– Спросите себя, почему погиб старший сын старого короля, рожденный от предыдущей супруги? А ведь злодеяние так и не было раскрыто! Теперь ясно кто стоял за ним! Вы видели, что сейчас произошло с разбойничьим отродьем, которое было постыдно навязано нам в союзники? Этот подлец вместе с дядей и для нас готовил подобную участь! Идите в столицу и сметите с трона мерзкого узурпатора! Изберите другого короля, достойного вас!
Воины окружили карету и смотрели на барона. Внезапно кто-то закричал:
– Смерть узурпатору!
Раздался одобрительный гул. То тут, то там вздымались руки и повторялся тот же девиз. Некоторые гвардейцы стали мерно стучать мечом по щиту. Лязг нарастал и высился. И вот уже все воины в такт били сталью по стали, соединяя собственные желания в единодушное решение.
Не иначе быть барону королем.
18. Восстановление порядка. Ripristinare l'ordine
Уайда. Кто виноват
Познав несчастье, я научился помогать страдальцам. Вергилий
Мы помогаем людям, чтобы они, в свою очередь, помогли нам; таким образом, мы загодя оказываем услуги самим себе. Ларошфуко
Соседнее королевство, после убийства узурпатора, постепенно погружалось в смуту. Однако усилиями Багнато, которого гвардейцы избрали местоблюстителем трона, в столице сохранялось относительное спокойствие. Барон, категорически отказавшись становиться королем, тем не менее железной рукой держал в страхе полезший изо всех щелей разбойничий люд. Но там, где завершалась власть регента, вспыхивали распри сегодняшние и разгорались раздоры вчерашние. Маркизы и графы шли друг на друга войной, пытаясь силой занять спорные земли. Полыхали селения. Беженцы, которых зачастую до нитки обирали многочисленные грабители, заполонили дороги. По счастью, на восточных территориях страны энергичные бароны с храбрыми дружинами все-таки поддерживали порядок. Принимали хлынувший к ним людской поток, как могли распределяли бедолаг по селениям и защищали от лесных разбойников. За что им честь и хвала.
Двигаясь на северо-запад, мы направлялись из поместья Тасно, где оставили детей, на встречу с регентом. Войска нашего королевства, находясь западнее, следовали строго на север в направлении к столице соседа. Гум и Эки, во избежание переполоха и ненужной известности, скрывались под пологом отвода глаз. Премудрая подруга придумала в свое время как питать силой земли амулет с этим заклинанием. Назвала полученную защиту смешным словом ГАНС. Мы, львята, так называли в детстве улизнувшую добычу. Дескать, ганс и нет ее. Штурман с чижиком пребывали в Тасно, так как ни на кого не могли оставить защиту наших детей. В результате, эта часть большой семьи было представлена лишь его сиятельством, чей зад, ой, не его, а Эки, маячил впереди нас. Но зад у Гума лучше, хи-хи. Компанию Жеке составил магистр Антори. Он так и не смог найти себе ни одного подходящего ученика и надеялся отыскать его или их здесь, так что наша экспедиция приобрела, ко всему прочему, и академический характер.
По непомерно длинному лесному тракту двигались, влачились, брели измученные беженцы. Запах страха и отчаяния застилал окрестности. Лошадей не хватало и скитальцы зачастую сами волокли телеги с жалким скарбом и малыми детьми. Направлялись в сторону столицы, надеясь хоть там обрести какую-то безопасность. Пару раз я замечала в подступающем лесу разбойничьи засады, выдаваемые смрадом немытых мужских тел и отблесками аур, которые, впрочем, быстро затухали, как только мимо них проезжал Эки. Его сиятельство, обнаружив свечение, тут же давил мерзавцев магией. Не любил он грабителей, что тут поделать. И стихией земли научился управлять. Наш с сестричкой повелитель, сейчас сидящий в соседнем кресле, однажды припомнил, как граф сумел обрушить металлическую решетку в подгорном королевстве. Отметил немалую эффектность экзерсиса.
Одна из банд совершенно обнаглела и перегородила дорогу, шерстя несчастных путников. Эки и Гум остановились неподалеку и муж помог Жеке в искоренении заразы. Столкнув на обочину пару десятков трупов, заспешили далее. Антори собрался было сжечь тела, но любимый указал ему, что нет, пусть путники сперва оберут их, отняв награбленное. Когда мы отъезжали, беженцы, перепуганные внезапной и таинственной кончиной злободелов, пришли в себя и занялись пополнением скудного имущества.