Вечер в лагере мы провели в компании переговорщиков, которые, вспомнив старые добрые времена, добавляли детали в наше понимание местных обычаев и традиций. У всех парламентеров уже имелись патенты, подтверждающие миссию. Для придания солидности и представительности каждого посланника будет сопровождать эскорт из десяти воинов, в том числе знаменосец, несущий штандарт королевства.
Основная трудность состояла в одновременном прекращении враждебных действий против герцогства во всех пяти доменах. Разоружение герцогской дружины предполагалось провести бескровно. Указ регента и подавляющее военное превосходство позволяли надеяться на такой исход.
В противном случае свое слово скажут маги. Тот же граф, не будучи магистром магии жизни, был способен поражать цели на дистанции до трехсот локтей. Да и его отец, хотя и не смог принять участие в недавнем столкновении с войсками маркиза, являлся, по моим наблюдениям во время встречи с чужими, очень сильным мастером магии воздуха. А я всегда приду на помощь, если понадобится прожечь крепостные ворота.
На следующий день, еще до полудня, в лагере почувствовалось оживление. Прибыл виконт эп Ромсан, понял я и заспешил навстречу, догнав оживленного графа. У шатра командора Капо мы встретили подъезжающую кавалькаду. Гум, магомобиль виконта, уже выпустил хозяев на свободу.
Виконт, оторвавшись от разговора с командором, пожал нам руки, хлопнул сына по плечу. Виконтесса дружелюбно улыбнулась мне и чмокнула графа в щеку. Тот смутился, но воспрянув духом, ласково поцеловал руки Уайде. Шепнул что-то ей на ухо. Та рассмеялась и закатила подзатыльник приемному сыну. Или он для нее не сын? Виконт обратил внимание на экзекуцию, получил разъяснение и повторил наказание. Граф с обиженной миной выдал оправдание. Оно потонуло в хохоте супругов.
Когда я приблизился, то увидел плачущего графа, прислонившегося к виконтессе. Она бережно обнимала его и приговаривала: «Папа обидел ребенка. Мы сейчас с ним разберемся». Граф ерзал головой по плечу леди Уайды, призывая ее к восстановлению справедливости. Виконт с усмешкой наслаждался картиной. Подобное поведение было немыслимо среди обычных людей, но я давно понял, что эта семья живет по собственным правилам. Поэтому развлекался увиденным, ожидая разрешения мизансцены. Особенно забавлял ошарашенный вид командора, не привыкшего к подобным чудачествам.
Внезапно граф отстранился и, глядя на виконта, в сухих и официальных тонах изложил обстановку. Слезы исчезли как не бывало. Отец внимал докладу сына. Виконтесса задумчиво смотрела на графа, усваивая подробности ситуации. У них тут целый ритуал встречи придуман!
Подошли спешившиеся всадники. Виконт представил графа, меня и командора новому герцогу, молодому, уверенной стати шатену с обветренным лицом и слегка раскосыми глазами. Герцог, в свою очередь, познакомил нас со своими советниками. Вошли в шатер командора и виконт эп Ромсан открыл совещание по координации последующих действий.
Внезапно в шатер вбежал дозорный.
– Господин командор, в брошенном селении мы обнаружили детей! Они умирают.
Мы с графом и виконтессой бросились наружу в сопровождении пары ветеранов. У подхода к лагерю на телегах лежало несколько десятков маленьких тел, над которыми склонились военные лекари. Леди Уайда устремилась в гущу событий и занялась исцелением самых больных малышей. Граф тоже положил руку на лоб одному из них. Подошел виконт, стал рядом.
Внимательно разглядывая детей.
Тута. Мы нашлись
Всякое страдание есть зло. Оно возможно необходимо, но суть от этого не меняется. Фаулз
Что ни случись, мы терпеньем и волею все превозможем. Вергилий
Мы давно перестали плакать. Не было сил. Очень хотелось есть и пить. Мама всегда говорила, что из луж пить нельзя, только вода из родников, колодцев и горных ручьев не вредит здоровью. Горы находились близко для взрослых, но очень далеко для маленьких, родники нам не попадались, а набрать воды из дорожных колодцев не получалось, очень тяжело. Но одно дубовое ведро с крошечкой воды на дне все же смогли найти. Маленькая Ната, сидя у колодца, попила ее. Папа учил, что заботиться в первую очередь нужно о слабых. Сказала «спасибо». Опустилась на землю и умерла. Как будто заснула. Ее было очень жалко, но я не могла плакать. Слезы не текли. Совсем не было сил.
Плохие бородатые захватили наш лагерь. Убили доброго и сильного дядю Кройна, папу Наты. Теперь он лежал на животе, не шевелился и из под него текла кровь. Всех взрослых связали. Больших детей тоже, а младших прогнали. Нас, маленьких, было много, мы сначала бежали за родителями, которых уводили прочь плохие бородатые, и плакали, а потом перестали поспевать. Мы с братиком Маисом тогда решили вернуться назад, в наше селение. Может, кто-нибудь там остался. Или найдем еды. А если встретим солдат, то пожалуемся им. Сказала об этом другим детям. Они согласились, что да, лучше возвратиться.