– А почему так мало жителей там? Эпидемия была что-ли?
Староста замялся, споткнувшись на неведомом слове «эпидемия».
– Мор прошел или другая болезнь? – повторил вопрос другими словами.
Мужчина просиял.
– Никак нет, господин, не было болести. Раньше дворов пятьдесят обреталось, поболе нашего, да кто сюда переехал, кто в иные селения, вот и обезлюдело-то у них. Хотя землицы там втрое вашего, господин, поместья. Али даже и того изрядней.
– Понял. Родис, давно надо было сказать, в другой раз не медли. Я куплю эту землю, если ее владелец согласится продать. Только дай мне знать как его зовут и где искать.
Староста радостно закивал, потом осторожно положил на стол свиток.
– Тута вот евонный адрес с именованием. Оставил в селении, дабы знали куда петиции при случае слать. Благодарение вам большое, господин. Так я пойду, обрадую народ?
– Конечно, Родис, отправляйся по своим делам.
– Я съезжу с тобой. Заодно столицу посмотрю, да и твой титул в этом королевстве нужно подтвердить. Пусть формальность, но положено, – вдруг высказался предводитель дворянства, провожая взглядом удаляющуюся фигуру.
– Мой титул? Какой такой титул? – изумился я.
– Обычный такой титул. Виконт. Я – виконт, а старший сын виконта, имеющий собственное поместье, тоже виконт. Я так думаю, – хмыкнул батя.
– Это что же, выходит я у Ульма титул стибрил? Нет! Не хочу быть виконтом!
– Будешь, я сказал! – Гур решительно хлопнул ладонью по столешнице, так, что даже зубочистки выпрыгнули из коробки. И рассмеялся. – Ульм тоже станет виконтом, когда поместье унаследует. А пока он – барон. Надеюсь, еще очень долго им и останется.
– А, ну тогда ладно. Уступаю настойчивому требованию, в стремлении избежать насилия.
Посмеялись. Решили ехать верхом, а не на магомобиле, я на своем Неоне, так прозван мною за красивый окрас и инертный характер, Гур на Угольке. Как батя выразился, чтобы не привлекать внимания. До тех пор, пока мы не разобрались, какие нравы царят в королевстве. Я согласился с умищем. Чуть не схлопотал подзатыльник за попирание чести отца. Батя посоветовал захватить с собой сотню драгоценных камней из тех трофейных, что мы реквизировали у гроссмейстера. Половину сокровищ, солидный такой мешочек, он передал нам с Анниэль, когда мы покидали его прибежище. По компетентному мнению личных ювелиров, таких как Гур и Анниэль, средний камень в минералогической коллекции стоил порядка ста золотых. Тридцать камней из где-то полутора тысяч было потрачено на обустройство нового поместья. Три камня в год уйдет на жалование домашней прислуги. Так что я даже не прикоснулся к сокровищнице своей обители. Нет, все же запустил туда руку. Посетив военные учения, магистр заодно привез нам тысячу золотых на мелкие расходы, а я забыл о таком пустяке. Эх, красиво жить не запретишь!
– Слушай, а зачем этим хуторянам присоединяться к нашему селению? Урожай есть, ну и живи себе в удовольствие.
– Так-то оно так, но все дело в купцах. Без продажи выращенного ни одно домохозяйство не проживет. Нужны средства на ткань, нитки, гвозди. На украшения для женщин, наконец. А их можно получить лишь сторговав часть продукции. Кому? Купцам. А те едут в провинцию лишь руководствуясь слухами о хозяине земель. Рачительный, скупой, злой, добрый, ну и так далее. А если хозяин убыл куда нибудь, то ни один купец не стегнет свою лошадку, чтобы тронуться в дорогу в неизвестный край. Вот потому пейзане и переживают. Без торговли у них нет будущего. А без наличия заслуживающего доверия господина нет этой самой торговли.
– Понятно. Коммерсанты полагаются на персональный брэнд.
– Что?
– Ничего. Размышление вслух.
Поднявшись к себе, сообщил голубке об экспедиции в столицу. Та, узнав, что я еду вместе с Гуром, мгновенно успокоилась. Рекомендовала взять Глашатая в качестве вьючной лошади, а то он застоялся. Сообщила, что собиралась завтра вместе с Гуром завершить таки выполнение моей просьбы – оборудования тигельной печи с поддувом. Заклинание магии огня для поджига угля она уже встроила в печь. Бате лишь осталось внести заклинание магии воздуха в стационарный амулет, работающий от силы земли и связать его с положением регулятора.