Нам не было нужды останавливаться у городских ворот. Стражники, едва заметив магомобиль, широко распахнули створки и уважительно вытянулись и отсалютовали. Мы неспешно въехали в столицу. Жена вначале, как и Жека, скептически поглядывала по сторонам, но после рынка сменила гнев на милость и благосклонно изучала пейзаж. А вот и дворец сенешаля. Охрана тотчас предоставила нам возможность продвижения по дорожке к главному входу. Никаких проверок, Гум являлся надежным пропуском.
Мы вышли из самовоза, львица забросила дорожные перчатки на место водителя. Я сообщил появившемуся мажордому:
– Виконт и виконтесса эп Ромсан к графу Андо с деловым визитом.
Граф обнаружился там же, в своем роскошном кабинете. Радостно двинулся навстречу.
– Счастлив принимать у себя вас, сэр Гур, и вас, прекрасная э...?
– Уайда, – усмехнулась львица.
– Сэр Гур, надеюсь, леди Уайда ваша приемная дочь, подобно сэру Жеке?
– Нет, она моя жена. А что? – полюбопытствовал я.
– Жаль, иначе я бы уже упал на колени и умолял вас согласиться отдать ее замуж за старикашку, пусть и сенешаля королевства.
Мы рассмеялись. Граф хитрил, если бы Уайда являлась дочерью, то была бы представлена мажордому баронессой. Но этим забавным огорчением он решил чуть больше польстить жене.
– Сэр Андо, не скромничайте, вы вполне видный мужчина в зрелом возрасте, – улыбаясь, возразила львица.
– Леди Уайда, вы настолько превосходно воспитаны, сколь и восхитительны. Ободрили старика. Сэр Гур, до сих пор для меня эталоном красоты была леди Анниэль, но сейчас убедился, что женское очарование в исполнении вашей жены не уступает ему. Хотя они совершенно непохожи.
Это он еще Майты не видел. От комплиментов постепенно перешли к делу. Граф с восторгом узнал, что заказ королевства на тридцать магомобилей принят орденом Знающих и будет исполнен в течение года. Из них десять будут оборудованы «баллистической защитой». Этим странным словосочетанием Жека обозвал стационарный амулет магии земли АЗА. Мы перегоним изготовленные самовозы в графство Тасно, где сэр Жека или леди Анниэль научат королевский персонал вождению и уходу.
Внезапно появился мажордом и сообщил, что к сенешалю рвется курьер со срочной депешей. Граф распорядился впустить. Прочитав донесение, посуровел. Озабоченно посмотрел на нас, размышляя о полученных сведениях.
– Что-то серьезное? – сочувственно спросил я.
– Пограничный дозор сообщает, что границу королевства пересек отряд из ста всадников ордена Благочиния. Попытку остановить их проигнорировал. Движется в направлении столицы. Боюсь, пришли чинить расправу над постыдно известной обителью ордена Радости. Но корона не допустит кровопролития. Хотя и не одобряет столь вызывающей деятельности.
Обратился к курьеру:
– Сержант, передайте предписание второй сотне королевской гвардии. Выдвигаться навстречу упомянутом отряду благочинных. Принять исчерпывающие меры для их безусловного изгнания из королевства. Возьмите отпечаток моего перстня для подтверждения приказа.
Курьер отсалютовал и покинул кабинет. На мой взгляд, сил для противодействия этим скорбноголовым было мало, о чем и уведомил сенешаля.
– Граф, я полагаю, численного равенства сторон будет недостаточно для уверенной победы гвардейцев над благочинными. Те, пусть и не профессиональные военные, но неплохо вооружены и принимают декокты безумия перед боем. Может пролиться много крови.
Сенешаль резко помрачнел и ощутимо побледнел. Для него кровь подчиненных имела столь же важное значение, что и собственная.
– А какой перевес достаточен, как вы полагаете?
– Три к одному, минимально. При хорошем управлении войсками.
– Капитан Холдон, командир сотни, опытный и хладнокровный воин. Гвардейцы хорошо подготовлены к бою в пешем и конном строю. Тем не менее, вы советуете послать еще две сотни вдогонку?
– Граф, пожалуй нет. Лучше мы с женой заменим их. Уверен, что наша помощь окажется не менее действенной.
– Сэр Гур, – ошарашенно произнес сенешаль. – Я не ожидал такого поворота и даже не смел бы просить вас о подобном. Вы не отдохнули после дороги. Да и подвергать опасности леди Уайду? Может, все же, две сотни гвардейцев?
– Леди Уайда сама в состоянии подвергнуть опасности кого угодно. Лично я частенько ее побаиваюсь, – хмыкнул в ответ.