Я расхохоталась.
Жасмин. Обследование графства
Земля удивительно плодородна. Тацит
Великодушие не заразно. Уайльд
До чего же пытливым оказался мастер Хилл! Никогда не проходил мимо любого камня, чем-нибудь отличающегося от других. Сразу поднимал его, обдувал, осматривал, раскалывал маленьким молоточком. Потом спрашивал у мастера Брюна, землеустроителя, где находится данная точка и рисовал на листе пергамента с картой данной местности новый номер. Прятал камень в мешочек с тем же номером. Скоро весь кабинет, который господин выделил ему и другим мастерам и назвал «натуроведческим», завалит этими булыжниками. И на помощника покрикивал, чтобы живее шевелился. Когда тому удавалось найти интересный образец, мастер Хилл восклицал, что да, ведь может, если захочет. Заставлял того раскапывать почву то здесь, то там и собирать образцы грунта. И заходить в воду речушек и озерец, чтобы взять пробы ила. Я с интересом наблюдала за мастером. А Оунир так просто находился в состоянии постоянного восторга. Не отходил от него ни на шаг и засыпал вопросами. Мастер терпеливо и подробно объяснял. Ему было приятно, что у него появился такой любознательный и все схватывающий на лету ученик.
А Лима прилепилась к мастеру Пайну, специалисту по растениям. Он показывал ребенку различные виды растений, начиная с мелких зеленых ростков под ногами и завершая огромными раскидистыми деревьями. Рассказывал о пользе или вреде каждого. Девочка слушала, затаив дыхание. Когда мастер записывал данные о растительности участка, ребенок носился вокруг и взвизгивал, если встречал знакомый вид.
Но самым ученым оказался мастер Брюн. Где бы он не остановился, он вынимал какой-то амулет и активировал заклинание. Потом вписывал цифры в лист данного участка карты. На мой вопрос ответил, что амулет, приобретенный в ордене Знающих, предназначен для замера высоты поверхности в данной точке местности. В начале очередного дня он еще в поместье записывал значение, выдаваемое амулетом. Оно всегда бывало немного разным, так как зависело от погоды. Затем получал значение здесь. И определял, на сколько локтей данное место находится выше или ниже поместья. Объяснил, что это ему нужно для построения правильного рельефа местности.
Бойцы были из того десятка, с которым мы действовали на учениях, так что наша работа проходила спокойно и слаженно. Четверо постоянно находились при экспедиции, остальные тремя двойками непрерывно прочесывали местность по пути следования. Хотя воины знали о легенде про львов, охраняющих территорию, которая отпугивала вероятных злодеев, но относились к службе ответственно. Не желали терять лицо в моих глазах. Майта сообщила по секрету, что я у них была кумиром. В результате, пара рыжеволосых девчонок из поселения нашла достойных ухажеров. А младшая сестра, хоть и не такая веснушчатая как я, уже получила, едва вступив в девичество, несколько предложений о замужестве.
Мы не первый день работали на землях, которые недавно приобрел господин и где я ни разу не была. Так что я сама осматривалась на незнакомом месте и запоминала ориентиры. Иногда, заметив странные складки местности, скакала туда, чтобы вблизи узнать, что там и как устроено. Здесь росло много леса. Встречались дубовые и буковые рощи. Очень понравился сосновый бор, состоящий из могучих столетних деревьев. Новые владения господина изобиловали удобными долинами с сочной травой для выпаса скота. И прогреваемыми солнцем пригорками, подходящими для разбивки огородов.
Мастера, собравшись на опушке, обсуждали какой-то вопрос. Дети стояли неподалеку. Вдруг из кустов на расстоянии не больше сотни локтей выскочила дикая свинья и с истерическим визгом ринулась на людей.
– Прячьтесь за деревья! – закричала я и бросила Шелкового в галоп, на ходу отстегивая арбалет.
Не успею перехватить, далеко! Все метнулись к деревьям, лишь Оунир остался и внимательно смотрел на зверя. Отчаяние от неминуемой смерти моего ребенка переполняло душу. На скаку я не попаду. Соскочила с лошади, припала на колено. Резко выдохнула, настраивая дыхание. Услышала крик Оунира:
– Мама Жасмин, не надо стрелять!
Мчавшееся животное замедлило бег. Остановилось. Пару раз хрюкнуло, покопалось пятачком в траве и неспешной трусцой удалилось прочь. Я подбежала к мальчику, опустилась рядом и обняла. Оунир погладил меня по мокрой от слез щеке.
– Не плачь. Это было неопасно. Я ей сказал, чтобы уходила, иначе ее убьют. Она послушалась.
– Ты меня мамой назвал?
– Да. Я же вижу как ты любишь меня, Лиму и Жанниэль. Поэтому ты – мама.
– А как тебе свинья подчинилась?