– Сэр Андо, не беспокойтесь, он прочный и надежно закупорен. Так вот, аналогичную субстанцию недавно доставил в королевство некий купец. Арен Скупой. Живет в купеческом квартале, имеет свой караван-сарай. Его необходимо незамедлительно допросить.
– Вот как? Если выяснится, что он привез это зелье в злонамеренных целях, то станет именоваться Ареном Разоренным. Или даже Ареном Узником.
Несколько стражников были спешно отправлены за Ареном, пока еще Скупым. Вскоре перепуганный коммерсант предстал пред очи сурового вершителя закона. Не каждый день тебя хватают в охапку и везут к самому сенешалю королевства.
Да, свидетельствовал знаток экзотических товаров, мертвых звездочек прикупил, так как узнал, что раньше орден Благочиния приобретал этот продукт в больших количествах. При упоминании об ордене сэр Андо еще больше посуровел.
Да, зачастил купец, по дороге в столицу продал обители ордена Радости большую часть этого зелья. Их апофикары готовят всякие хитрые декокты, вот и взяли для опытов. В этом месте любимый буркнул: «Дохимичились». Что означала его реплика, узнаю потом.
Да, подтвердил негоциант, из вопросов сенешаля ему стало совершенно ясно, что данный товар нежелателен к распространению и, если его сиятельству будет угодно, он готов выкупить обратно весь проданный объем и самолично изничтожить.
Сэр Андо вопросительно посмотрел на нас. Пилот рекомендовал срочно отыскать и сжечь на месте товар, который был продан или отдан на комиссию в столице. На том и порешили, отпустив на волю стоявшего на ватных ногах Арена. По прежнему Скупого. Хотя и щедрого, если того требуют государственные интересы.
При дальнейшем обсуждении происшедшего граф эп Тасно, мое любимое сиятельство, высказал предположение о том, как начинались известные события. При смешении разных стимуляторов с морской звездой аптекари обители сумели каким-то способом пробудить ее споры. Возможно кто-нибудь в этот недобрый час обрезался и сунул кровоточащий палец в декокт, чтобы унять боль. И стал первым носителем заразы.
Сенешаль, хитро блеснув глазами, высказал мнение, что догадку необходимо представить установленным фактом и сделать оный широко известным на территории обители да и в королевстве в целом. Пусть все узнают, кто породил эпидемию и явился причиной стольких смертей и страданий. Думаю, ехидно продолжил каверзно мыслящий граф, такие сведения не добавят популярности как декоктам, изготовляемым в обители, так и ордену Радости. Мы поддержали столь коварную идею и поздравили с ней графа. Поделом!
Всю обратную дорогу его сиятельство превозносил безмерную проницательность некой прекрасной эльфийки. Благодарил судьбу за то, что она свела его со столь чудесной особой, позволила греться у костра ее мудрости, любоваться несказанной красотой. Иногда мне казалось, что муж подтрунивал надо мной, слишком уж преувеличивая мои достоинства, но милый уверял, что все слова шли от чистого сердца. И бил себя в грудь. Ага! Все же подсмеивался! И пусть.
Все равно приятно.
Жека. Разбор полетов
Терпимость – другое название для безразличия. Моэм
Жизнь – прекраснейшая из выдумок природы. Гете
Сегодня прибыл курьер от сенешаля. Принес вести о завершении карантина обители. Все зараженные излечены и отправлены восвояси. Войска покинули зону блокады. Однако есть и неожиданности. Магистр найден мертвым в собственной постели. После того как ему сообщили, что в обитель прибыло несколько магов жизни, принял яд. С чего вдруг, с какой стати? Я не раз отмечал, что сенешаль брезгливо морщился, когда говорил о магистре. Старому солдату претила совокупность услуг обители. Или его коробила сама личность магистра? А почему? Он знал нечто компрометирующее? Так-так. Тут есть узелок, который стоит развязать. Данных всегда достаточно, просто у следователя не всегда достает умения их выявить.
Вспомнил, как мы возвращались домой. Младой лесопарк не смог скрыть несколько фигур, прыгающих у центрального подъезда, куда мы направлялись. Одна легкая женская раскачивалась, будто летела нам навстречу, три маленьких силуэта танцевали, размахивая руками. Жасмин с детьми. Наше счастье. Жена засверкала глазами, прижалась ко мне. Я выправил движение Эки, исходя из нового расположения тел. Выбежав из магомобиля, мы попали в круговорот скачущих детей. Выхватив из него сияющего чижика, я привлек ее к себе и слился в долгом поцелуе. В череде минувших дел я подзабыл, насколько чарующими могут быть эти волосы цвета темной с патиной меди, голубые глаза и милые веснушки, сбегающие с носика на раскрасневшиеся щечки. Жена обняла нас обоих и нежно чмокнула Жасмин. Чижик призналась, что очень скучала по нам.