Вбежала весьма встревоженная Уайда. Махнув нам с мужем рукой, выскочила обратно. Мы заспешили вслед. В комнате магистра слуги укладывали его бесчувственное тело в постель.
– Что случилось, дорогая? – спросил любимый.
– Милый, на прогулке он увидел скачущего всадника и рванулся навстречу. Я испугалась, что лошадь может ударить его и пыталась остановить. На слова не реагировал. Тогда свалила его ослабленной Жарой, – виновато пряча глаза, объяснила сестричка.
Грозный повелитель не стал сердиться, а положил руку на голову подопечного и прикрыл глаза, исследуя ауру. Я тоже стала вглядываться в нее. Увидела, что аура треснула в нескольких местах. Отметила, что Гур вливает нее силу, залечивая разрывы. Странно, но аура показалась заметно плотнее по сравнению с тем, что я наблюдала в последний раз.
– Бона! – вдруг заявил магистр, открыв глаза.
Сообщил, что было больно. Еще бы не было.
– Любимые, одна красавица, мы ее знаем как младшенькую, случайно открыла способ восстановления ауры подопечного. Обязательно ли именно Жарой его потчевать, не знаю, возможно и обычные розги дадут такой же эффект, – сообщил повелитель благую весть, блеснув глазами.
Мы хихикнули. Редкий случай пользы от телесных наказаний.
– Могу мечом отшлепать, – заявила я.
– Не стоит. Придя в полное сознание, он не простит тебе подобного надругательства, – возразил дальновидный муж. – Хотя мы пока не знаем, придет ли. Но, по крайней мере, есть шанс, что здоровая аура поможет магистру обрести память.
– Нана! – радостно воскликнул магистр.
– Он вспомнил лицо женщины, очевидно матери, – довольно улыбнулся муж. – Вот теперь надежда на выздоровление серьезно укрепилась. Славно.
Я радостно чмокнула виновницу торжества. Муж, оторвав руку от Паззо, тоже удостоил кисоньку поцелуем. От лица семьи выразил сердечную благодарность за проявленную инициативу. Пусть и невольную. Уайда довольно крутанула попкой. А как же, получила медаль!
С этого дня дело пошло на лад. Мы выяснили, что лечебный эффект происходит лишь при использовании Жары. Ведь получив от Гура воздушным кулаком пинок под зад, магистр ничуть не поумнел. А после каждого воздействия облегченной Жары, будь ли прямо от Уайды или из моего сёто, куда она встроила заклинание, аура магистра трескалась, а после лечения – уплотнялась. Во избежание неожиданных эффектов такое «ударное» лечение проводилось лишь раз в день. Магистр искренне привязался к мужу, потому что тот появлялся сразу после случившейся беды и облегчал страдания. Стал называть мужа «папой», вызвав неудовольствие любимого. Только еще такого «сыночка» ему не хватало для полного счастья, ворчал муж наедине с нами. Мы весело соглашались. Впрочем, по мере «взросления», «папа» сменился «отцом», а затем и вовсе исчез.
Аура достигла плотности четвертого дана, почти максимального. Магистр уже отчетливо осознавал себя. Очень испугался, ощутив в своей ауре заклинание полного магического подчинения. Наш повелитель успокоил выздоравливающего пациента, объяснив, что это временная мера, на период восстановления, для того, чтобы избежать риска при возможном приступе безумия. Опаснее сумасшедшего мага разума может быть только умный маг разума. Однако время, связанное с пагубной страстью, не оставило в памяти магистра никакого следа. Отрава полностью выжгла воспоминания о тех «приятных» днях. Сестричка подробно рассказала Паззо о том, в каком виде он был доставлен к нам и что послужило этому причиной. Он пришел в ужас, выслушав ее слова. Для контроля полного выздоровления любимый предложил ему попробовать зелья. Уайда приготовилась, в случае чего, вызвать рвоту у подопытного. Магистр понюхал жидкость в чашке, слегка отхлебнул. Сморщился и выплюнул.
– Неужели за эту гадость я отдал все, и деньги, и здоровье? – искренне возмутился он.