Первая остановка, как я и намечал, вышла у того здания, где до сих пор сидит часть руководства местных бандитов. Мы вальяжно и нагло остановились напротив здания. Броневики тут же перенесли прицел пулемётов на окна новенькой офисной десятиэтажки, построенной по последнему слову дизайна.
Даже отсюда чувствую, как эти любители больших окон в штаны наложили. Не в плане, что запах донёсся, просто буря отрицательных эмоций пронеслась мимо, пока все работники перебегали с одной стороны здания в другую.
Постояли мы всего три минуты. Этого времени хватило, чтобы поднять давление тем, на кого направлены пулемёты. Ещё бы, удачная очередь из «Корда» способна пробить щиты магу второго ранга, а таких тут всего четверо, причём никого сильнее нет.
Ну и ладно, обстреливать мы никого не собирались. Пока что. Если сильно мне надоест, тогда обязательно плотным огнём пройдёмся. Сейчас в этом нет смысла, поэтому и поехали дальше.
По городу катались около полутора часов, проехав мимо всех достопримечательностей, расположенных в центре. Поглядели и на квартал клана, который Каракас держит. Внутрь, к сожалению, не пустили, но покрасоваться времени хватило. Я даже заметил обоих магов первого ранга, которые нас встречали вчера. Интересно, это реально с их стороны завистью понесло или там ещё кто-то рядом? Не поверю, что клан, контролирующий город с населением в четыре миллиона человек, не может позволить себе подобные средства передвижения.
Мне, например, потребовалось продать по десять комплектов боевых амулетов за каждый такой автомобиль. Не так и много, по идее. Если эти машины каким-то чудом уцелеют, обязательно на «Большую землю» их с собой повезу. Это же получается, что за счёт Рюриковичей их приобрёл. Приятно.
За нами постоянно следили. Сразу это не мешало, но к концу поездки, когда на хвосте висело уже около трёх десятков автомобилей, мне стало это надоедать. Благо, что высокий и крепкий забор посольства Российской Империи надёжно прикрыл нас от всех желающих приватизировать мои машинки. Если забора не хватит, то пяток орудийных башен, установленных на этой стороне улицы, быстро охладит пыл даже самым рьяным идиотам.
— Всё равно не понимаю, зачем тебе привлекать к себе столько внимания? Я думал, что вы будете пытаться действовать тайно, — спросил Мефодий, едва я вылез из автомобиля.
— Тайно искать тех, кто посмел убить подчинённых сына Императора? Нет уж, не тот случай. Поверь, я буду настолько громко этим заниматься, что вой местного бомонда услышат даже в Москве. Да и до Хабаровска, думаю, долетит. Пошли, покажешь мне, что вы тут нарыть успели, — похлопал я по плечу Кураева, даже не подумав сразу, что этот жест ему может быть неприятен.
Нет, нормально отреагировал. Ну и отлично, адекватный, значит, человек, мне же и лучше. Всё-таки с ним надо будет работать какое-то время.
Глава 10
Ничего нового или полезного в тех документах, что мне предоставили в посольстве, я не нашёл. Да и не надеялся, на самом деле. Что там можно было отыскать, если тех, кто приехал расследовать, практически моментально убили? Какие-то пометки в их блокнотиках есть, но расшифровать их тупо невозможно. Их владельцы мертвы, а записи они явно для себя делали, даже не рассматривая вариант своего физического устранения.
В прочем, основная цель моего посещения была не в этом. Ещё вчера я договорился с Мефодием, что они вызовут всех свидетелей, которые могли хоть что-то видеть. Я рассчитываю не на то, что они мне расскажут что-нибудь важное. Верю, что моими активными, пусть и топорными попытками заинтересуются сами киллеры. Чем быстрее я заставлю их попытаться атаковать меня, тем скорее закончится эта моя вынужденная командировка.
Всего у Кураева получилось уговорить приехать с десяток свидетелей. Причём никто из них не согласился прибыть в посольство просто так, каждый потребовал немаленькой для Каракаса суммы в качестве вознаграждения за беспокойство.
Пусть я и считал их бесполезными, ибо реально важные свидетели в подобных делах долго не живут, но опрашивал с максимальной тщательностью и скрупулёзностью. Интересовали меня не их столько их ответы, сколько эмоции и те кадры в голове, которые они раз за разом прокручивали, пытаясь что-то вспомнить.
Человеческий мозг очень интересная штука. Вам может казаться, что вы не помните какой-то определённый момент, но хватит лишь нескольких наводящих вопросов, дабы перед вами предстала самая точная картинка из всех возможных. Мне не было необходимости выспрашивать, что необычного видели эти свидетели. Мои вопросы для них были очень странными, если не знать, что я копаюсь в их головах.
«Какая была погода?.. Ого, это же холодно для Вас, не так ли? Что одеть пришлось?.. Люди на улицах тоже носили тёплые вещи?..», подобных вопросов хватало, чтобы воссоздать самый чёткий видеоряд в их мозгах, куда я и мог подчерпнуть что-нибудь важное.
С первыми свидетелями общался на русском языке. Учитывая, что он в этом мире занял нишу английского из моего, особых трудностей во время беседы не было. Единственная, она же и главная проблема, людям приходилось думать, как перевести то или иное слово, что сбивало картинку в их разуме.
Поэтому пришлось сделать небольшой перерыв и добавить головной боли Мефодию. В прямом смысле этого слова, кстати. Мне удалось вычленить из его разума знание испанского языка, привив его себе. Учитывая, что я делал это в первый раз, идеально не получилось. Кураев побледнел и чуть ли в бессознательное состояние не впал, стоило мне из его головы вылезти. Благо, что в посольстве дежурили лекари, которые быстро погрузили его в сон и избавили от неприятных последствий.
Кстати, занятный момент. Мефодий Кураев — единственный из состава всего посольства, который согласился на этот эксперимент. Принуждать никого не хотелось, а вычленять знание языка из местных хреново. Да, после пары месяц практики и тренировок я в идеале смогу на нём объясняться, но времени-то у меня этого и нет.
Дальше пошло куда проще. Более того, у меня даже получилось вычленить несколько моментов. Не особо важных, но на безрыбье, как говорится, и рак рыба.
Один из свидетелей заметил, что нападавших было четверо. Чисто периферическим зрением отметил, не больше. Расцветку одежды и хоть какие-нибудь приметы не получилось у него вытянуть. Удивился, когда понял, что он их в каком-то бесцветном формате увидел. Поэкспериментировал ещё — чёрт побери, да этот вид зрения цветов на различает, забавно.
Ещё один оказался слегка полезнее, ибо вскользь пробежался по лицам нападавших. Пусть они и были прикрыты балаклавами, которые закрывали рот и нос, но вида глаз хватило, дабы определить внешность. Не азиаты и не латиносы, европейцы или североамериканцы, что мы и так подозревали.
На этом, в общем, вся полезная информация и закончилась. Стоил ли этот пятичасовой опрос столь скудных данных? Скорее всего да, ибо за это время служа безопасности посольства заметило появление слежки за зданием.
«Зашибись, если они так оперативно реагируют, значит можно попытаться вывести их на себя прямо сейчас», хмыкнул я.
— Прогуляюсь немного по городу. За мной не идти и не ехать, это приказ, — предупредил я Юрия Ерёменко.
Да, это не Александр, который тут же начал было бы со мной спорить. Лейтенант приказ получил от вышестоящего начальства — надо выполнить. И плевать, что это самое начальство себя подвергает неоправданным риском. Главнее, значит умнее и опытнее, вопрос закрыт.
Зато Мефодий попытался воззвать к моему чувству собственной безопасности. Отчасти из-за того, что Никита Романов чуть ли не прямым текстом ему несколько дней назад заявил — моя безопасность в пределах города приоритет работников посольства. Тут уже пришлось подключить как своё аристократическое естество, так и силу мага, который стоит на границе преобразования в «абсолюта». Против такого напора Кураев не сдюжил и признал, что я могу делать всё, что мне заблагорассудится, а они будут следовать моим указаниям.