«Ты, как и всегда, права. Но жалеть о сделанном выборе, значит, струсить. А я не трусиха», — думаю я, кутаясь в кафтан Кощея.
«Точно? Даже умереть готова, чтобы за свои слова ответить?» — ехидство Наташки злит меня, но Кощей отвлекает мое внимание.
— Выпей, — он протягивает мне деревянный ковш, наполненный до краев, — это живая вода. Она тебе поможет.
Я делаю несколько глотков и чувствую странную легкость в теле. Но на этом действие чудо-воды заканчивается. Голова кружится, перед глазами темнеет. Кощей подхватывает меня под руки. Я вижу его обеспокоенное лицо.
— Оставь меня. Если я потеряю рассудок, то тоже попробую открутить тебе голову.
— Можешь делать с моей головой все, что вздумается, — Кощей выглядит спокойным. — Мое сердце — твое. Даже если оно еле бьется, то бьется для тебя, а не для кого-то еще. Если ты перестанешь дышать — я тоже перестану.
Он берет мою руку и прикладывает к своей груди. Я чувствую слабое биение и такое же слабое тепло.
— Можно считать это свадебной клятвой? — спрашиваю я.
— Да, — Кощей отрывает что-то от увядшего куста. Он вкладывает мне в руку цветы. Я приглядываюсь к ним и обнаруживаю незабудки. — Не забывай меня, Тая.
— Не забуду, — шепчу я.
Кощей склоняется ко мне и целует. Его губы теперь теплее моих.
— Оставайся здесь. Я скоро вернусь, — обещает он, усаживает меня на скамью и заглядывает в глаза. — Что бы ни случилось, не выходи за купол. Он защитит тебя и замок.
— Почему что-то должно случиться? — спрашиваю я.
Кощей не отвечает.
— Возьми хотя бы кафтан, — предлагаю я.
— Оставь себе. Мне не холодно, — говорит Кощей.
— Вернись ко мне, — губами произношу я, поскольку голос куда-то пропал. Кощей кивает, поворачивается и уходит.
Я прижимаю к груди маленький букет незабудок. Нехорошее предчувствие, словно яд, расползается в голове.
Глава 23
Русалка раскрыла амулет, но изнутри он был так же пуст, как и снаружи.
— С чего бы мне отдавать тебе свою кровь? Думаешь, я не знаю, как заклятия на крови делаются? — спросила она.
— Ну, не хочешь, как хочешь, — сказал амулет, — я лишь предложил тебе расплатиться тем, что у тебя есть. Другого ты мне дать не сможешь, а посему я хотел лишь самого основного. Но ты не ценишь, когда тебе пытаются помочь, поэтому я больше не стану тебе ничего предлагать.
— Скажи мне, для чего будешь использовать кровь, и я подумаю.
— Ты не в том положении, чтобы думать. Пока ты будешь принимать решение, твой каменный медведь уйдет под воды озера, — в голосе амулета слышалась насмешка. — Пора выбирать, Русалочка, твоя гордость или то, что тебе нужно.
Всю жизнь Русалка прожила в Тихом омуте. Несколько лет она провела с Водяным, когда он только появился в омуте. Раньше она думала, что боится одиночества. Теперь же она поняла, что боится потерять единственного, кто помнил, какой она была до проклятия.
— Сколько крови тебе нужно? — спросила она.
— Немного. Трех капелек будет достаточно. Раскрой меня и влей кровь, — сказал амулет.
— Ты что-то скрываешь, — сказала Русалка, подбирая острый камушек, отлетевший от лапы Берендея. — Но мне все равно, что ты будешь делать с моей кровью. Ты должен сдержать обещание и расколдовать медведя.
— Сделка есть сделка. Условия должны быть соблюдены обеими сторонами.
Русалка раскрыла амулет, порезала камнем тыльную сторону ладони и выдавила из ранки ровно три капли. Она закрыла артефакт и встряхнула его.
— Доволен? Оживляй медведя.
— О, я непременно сделаю это, — сказал амулет, — но не сейчас.
Он выскользнул из руки Русалки и, отскочив от каменной поверхности Берендея, отлетел на берег в траву. Русалка кинулась за ним, но ее легкие стало жечь. Она потратила весь запас кислорода на объятия со статуей и разговор с амулетом. И теперь, чтобы выжить, должна была вернуться в озеро.
— Ты за это поплатишься! — прошипела она из последних сил.
— Я неживой. Ты ничего не сможешь мне сделать, — сказал амулет.
Прихрамывая, Яга вышла следом за гостем и кинула клубок на землю. Он покатился, петляя, и вскоре исчез за деревьями.
— Ступай по нити и никуда с пути не сворачивай. Увидишь темные стены замка — вежливо попроси коршунов у ворот пустить тебя внутрь. В замке увидишь Таю, бери ее за руку и попроси клубок отвести тебя к выходу из Залесья. Как поведешь подругу за собой, так не оглядывайся. Залесье будет манить тебя вернуться, но слово, что дал мне, сдержи. Тогда это, — Яга похлопала Славу по ладони, и он поморщился — рану еще пощипывало, — и пропадет с ладони. А как оба Залесье покинете, так обо всем забудете, будто ничего и не было. И живите с ней припеваючи, только сюда не возвращайтесь.