…когда они дрогнули уже и едва не обратились в паническое бегство!
Моё присутствие и мой светлый меч смогли временно выправить ситуацию и проигранное, было, сражение вновь вспыхнуло с ещё большей силой и яростью.
Увы, только временно…
И ещё…
Мой серебристый меч в этой сражении испил немало вражеской крови, но всю ли я себя без остатка посвятила великому упоению битвы, как и полагается Высочайшей?
Проходя мимо усталых, окровавленных и совершенно обессилевших воинов, я угрюмо размышляла об этом, хотя с самого начала знала, что ответ на вопрос сей будет отрицательным.
Эти встречи с Марьяной и той, второй Лёлей, они окончательно выбили меня из колеи. И не просто выбили, но и лишили твёрдой убеждённости в правильности всех моих предыдущих действий и решений. А ещё…
Ещё я вдруг начала тосковать по маме…
Не по матери даже, по маме, которой у меня никогда не было, но которая, потеряв так неожиданно единственную свою дочь, теперь осталась совершенно одна.
Но что было делать, если у нас с её дочерью оказалось на двоих одно тело?!
И кому-то одному нужно было уступить…
Но я понимала, что всё не так просто. Та, бывшая Лёля, она никуда не делась, затаившись на время в моём подсознании, и вот теперь, когда я дрогнула и усомнилась в правильности своих действий, это ничтожество, кажется, решила вступить со мной в безнадёжную схватку за контроль над телом?
Со мной, одной их правительниц Магического Мира?!
- Выслушай меня, о, Высочайшая!
Резко обернувшись, я некоторое время лишь молча всматривалась в хрупкое эльфообразное создание, склонившееся сейчас передо мной в нижайшем поклоне.
Одна их моих фрейлин, которым я велела безвылазно находиться во дворце.
И как же она осмелилась ослушаться этого моего строжайшего повеления?!
Гнев вспыхнул в груди… но тотчас же угас, ибо совсем скоро появится куда более веская причина для его проявления.
- Что тебе, говори!
- Позволь нам встать в ряды воинов, о, Высочайшая!
Вполне разумное предложение, ибо доспехов и оружия павших бойцов скопилось под стенами дворца предостаточное количество. И все эти фрейлины, пажи и прочий бесполезный в боевой обстановке сброд принесут хотя бы ту пользу, что отвлекут на себя некоторую часть вражеских мечей и копий. Впрочем, возможно, их изнеженные и слабые руки смогут всё же перед собственной гибелью отправить в небытие хотя бы пару десятков вражеских воинов… тем более, что все они и так обречены на скорую смерть в случае нашего общего поражения…
- Позволь нам с честью умереть в этом последнем бою!
- Нет! – сказала я, хоть ещё мгновение назад готова была сказать «да!».
Но что-то сломалось во мне… что-то переменилось после той достопамятной встречи в весеннем яблоневом саду…
- Ступай во дворец и объяви, чтобы никто не вздумал покончить жизнь самоубийством, даже если мы все падём под этими стенами, и торжествующий враг ворвётся внутрь. Я освобождаю вас от этой обязанности и приказываю просто уйти из дворца посредством магических тоннелей. Ты ведь знаешь, где они располагаются и как их открыть?
- О, да, Высочайшая, это мне известно! Нам уходить сейчас или ещё не пришло время?
- Уходите сейчас, ибо потом вы можете просто не успеть! Если же мы одержим победу, вы сможете беспрепятственно вернуться во дворец, и никто не посмеет упрекнуть вас в трусости или предательстве! Слово Высочайшей!
«Если мы одержим победу…» - мысленно повторила я, глядя вслед фрейлине, и невесело улыбнулась.
Гулкий протяжный рёв серебряных труб и оглушительный рокот боевых барабанов мгновенно возвратил меня к действительности.
Ибо начинался новый этап сражения… заключительный, по всей видимости…
Густые вражьи колонны, грозно ощетинившиеся копьями и мечами, ждали только приказа, чтобы тотчас же двинуться в нашу сторону. И мои воины, израненные, искалеченные, но по-прежнему готовые к бою, застыли в тревожном ожидании начала рукопашной схватки, ибо нападавшие, кажется, решили на этот раз обойтись без лучников и пращников.
Да в этом и не было надобности при столь неравном соотношении сил.
Ревели трубы, оглушительно грохотали барабаны… а вражеская рать всё ещё оставалась неподвижной. Потом рёв и грохот неожиданно умолкли… и тут, в наступившей звенящей тишине, до меня донёсся голос.
Звонкий и почти детский голос проклятой ведьмы, ибо именно в облике Насти стояла она сейчас перед своим многочисленным воинством. В матово-чёрных доспехах и со шлемом в руке.