Приняв решение, девушка почувствовала облегчение. Уже засыпая, она представила, как с добытой у журналиста пленкой придет к Герману, бросит кассету к его ногам. И скажет с достоинством: «Ты мне не поверил, не поверил моей любви. В таком случае я возвращаю тебе твою…»
В Москве Лидия узнала, что следующий выпуск передачи будет через неделю. Времени у нее остается совсем немного.
Герман должен был вернуться через два дня, а Кусковы — днем позже. Лидия, как обещала Елене и Виталию Сергеевичу, созвонилась с Володей, сообщила рейс и время прилета.
— А ты поедешь? — спросил водитель.
— Обязательно. — Они договорились, что он подхватит ее где-нибудь возле метро.
На этот раз встреча в аэропорту обошлась без сюрпризов, хотя Лидия все-таки осмотрелась с опаской, прежде чем выходить из машины. Загоревший, похожий на турчонка в красной бархатной феске и такой же жилетке, Митя с радостным воплем повис на шее гувернантки и не отпускал ее руку до самого дома.
Сначала Лидия боялась, что ей будет трудно вести себя с Еленой как ни в чем не бывало после того, что произошло. Но она ошиблась. Ненависти к хозяйке она не испытывала. Не было и желания отомстить. Как ни странно, была жалость к этой стареющей женщине, пытающейся светскими раутами, нарядами, драгоценностями заполнить свою жизнь. Чтобы добиться обеспеченности, она принесла в жертву свою чистоту, способность любить и верить. И все затеянные ею интриги только от чувства ущербности.
Распаковывая вещи, женщины весело болтали, как две подружки. Точнее, болтала одна Елена, а Лидия поддакивала, кивала в знак согласия, междометиями выражала свой восторг. Наконец, выбрав момент, когда в комнате не было ни Виталия, ни липнувшего к ней Мити, она как бы невзначай бросила:
— А вы ловко все это устроили, Елена Олеговна…
— Что именно?
— Ну этот фокус с записью голоса Зернова. Я никак не пойму, как вам удалось это сделать.
Елена стояла к ней спиной, но по тому, как напряглись ее плечи, как замерли руки с очередным платьем, девушка поняла, что не ошиблась. Она поймала косой взгляд, который Кускова метнула на нее через плечо, и безмятежно улыбнулась в ответ.
— Какой фокус, с какой записью? — фальшиво переспросила Елена, не поворачиваясь.
— Ну нашего с ним разговора по телефону. От имени Стеллы. А вы уже забыли? — оживленно продолжала Лидия. — Ловко, ничего не скажешь. Я бы ни за что не догадалась.
— А тогда откуда ты узнала?
— Так по радио на всю Россию разговор прокрутили! Представляете, мой голос — и на всю страну!
— А! Так значит, Анциферову все-таки это удалось! Что же он, негодяй, меня не предупредил?
— Но мы же на Кипре были, Елена Олеговна. Я бы тоже оставалась в неведении, если бы подружки не рассказали.
— Они узнали тебя?
— Да нет, откуда! Даже если бы узнали, то все равно не поверили бы. Одно мне непонятно, как вы смогли разговор записать?
Огонек сомнения в глазах Елены сменился веселым лукавством.
— Я рада, что ты так это восприняла, — довольным голосом ответила она. — Честно говоря, мы боялись, что ты со своими принципами будешь возражать. Не хватит чувства юмора… Иди сюда.
Кускова подвела Лидию к туалетному столику, на котором стоял телефон-автоответчик.
— Видишь кнопочку? Если ее нажать, весь разговор будет записываться. Японцы — народ изобретательный. Мне осталось потом только забрать кассету.
Лидия, казалось, была разочарована.
— Так просто…
— Конечно. Еще раз извини, что пришлось тебя обмануть.
— Да если бы я знала, что это нужно для радио! Елена Олеговна, а нельзя мне эту кассету на память переписать?
— Хорошая мысль! Я тоже не откажусь от такой пленочки. Слушай, а ведь можно целую коллекцию набрать. — Елена оживилась. — Я сразу и не подумала. Мне такие люди по телефону в любви объяснялись, ты и не поверишь. Можно было такое записать! А потом жене дать послушать.
Не переставая развивать эту тему, она набрала номер Анциферова и, подмигнув Лидии, протянула ей отводную трубку.
Два гудка. Третий, четвертый…
— Вас слушают.
Лидия затаила дыхание.
— С вами говорят… — передразнила Елена напыщенный тон Анциферова. — Вадим Евгеньевич, привет! Это я!