— Извините, что нарушила ваш скромный семейный завтрак. — Елена насмешливо покосилась на недоеденный бутерброд. — Я ненадолго. Можно закурить?
Не дожидаясь ответа, она достала из сумочки пачку «Мо», зажала между пальцами тонкую сигарету и попросила у Германа огня. Тот поднес ей зажженную спичку, обогнул стол и встал за спиной Лидии, словно охранник.
Положив ногу на ногу, она неспешно курила и с любопытством осматривалась. Судя по всему, ее заявление о том, что визит будет кратким, не следовало воспринимать серьезно.
— А вы неплохо смотритесь вдвоем, — заметила она, томно выпустив струйку дыма. — Благородный рыцарь и его хрупкая, беззащитная подруга. Прямо хоть в кино снимай.
— Мы уже снимаемся в кино, — сказал Герман. — Вы опоздали с этим советом.
— Обязательно схожу посмотрю. Там, на экране, вы будете еще вдвоем, не то что в жизни…
— Почему вы так думаете? — подчеркнуто спокойным тоном осведомился Герман.
— Потому что, если бывшая няня моего сына не вернет драгоценности, то отправится в тюрьму. За воровство.
Лидия втянула голову в плечи, словно ее ударили. Герман успокаивающе дотронулся до ее плеча:
— Вы же знаете, что она не воровка. Она у вас работает почти год, и ничего не пропало.
— Как знать, как знать, — насмешливо проговорила Елена, затягиваясь.
— Вы пришли нас шантажировать?
— Боже упаси! — Кускова засмеялась. — Только факты, одни голые факты. Еще один день — и я обращаюсь в милицию.
— Если говорить о фактах, то мы тоже можем подать на вас в суд. Вы против нашей воли записали телефонный разговор, передали его на радио…
— Это была всего лишь невинная шутка, — жестко прервала его Елена. — У вас даже заявление не примут. А вот кражу бриллиантовой сережки вряд ли сочтут шуткой. — Слово «кража» Елена особенно выделила. — А что это наша красавица все время молчит? Словно и не о ней речь…
— Я верну вам деньги, — сказала Лидия. — Не сразу, но верну.
— Каким же образом? Продашь эту халупу?
— Это мое дело.
— А может, ты надеешься на помощь своего героя-гонщика? Или всей его команды?
— Перестаньте! — рявкнул Герман.
— Ну-ну. Только хочу предупредить заранее, чтобы избавить вас от ненужных хлопот: денег я не возьму. У меня их и так достаточно. — Елена изящным движением стряхнула пепел в блюдечко. — Мне нужно удовлетворение. Моральное, — подчеркнула она. — Вы оба обманывали меня, смеялись у меня за спиной. Я этого ужасно не люблю. И не оставлю безнаказанным. Есть только один шанс этого наказания избежать. Я уже объясняла Герману какой…
Елена замолчала, видимо ожидая ответа, но ни Лидия, ни Герман не вымолвили ни слова.
— Ну что ж, если это вас не интересует… Кофе, как я понимаю, мне в этом доме не предложат… — Она положила окурок в блюдечко, поднялась. — Но хотя бы до двери проводят?
— С удовольствием, — отозвался Герман и галантно указал на дверь.
Губы Кусковой обиженно скривились.
— Я, кстати, сказала Мите, что няня уехала в командировку на два дня, — бросила она Герману. — И в фирму пока не звонила. Так что можно еще все исправить в оставшееся время.
Герман довел Елену до дверей. Лидия уловила, что она что-то тихо ему сказала, прежде чем покинуть квартиру. Герман вернулся на кухню, смущенно улыбаясь, выбросил окурок Елены в мусорное ведро, ополоснул под краном блюдце и поставил на стол.
Лидия сидела опершись локтями о стол и прижав ладони к пылающим щекам. Она словно не расслышала вопроса.
— Герман, что еще тебе сказала Елена, когда ты ездил к ней?
— Я же говорил. Поливала тебя грязью…
— Я не об этом, — перебила его Лидия. — Про какой шанс она здесь упомянула?
— Ты что, поверила этой самовлюбленной индюшке? — Зернов отвернулся к плите. — Жалко, что наш роскошный завтрак остыл. — Он начал раскладывать бутерброды с яичницей по тарелкам.
— Герман, я не хочу, чтобы между нами снова были тайны. — Лидия отняла руки от лица, решительно выпрямилась. — Если тебе трудно рассказать об этом, я тебе помогу. Ты приехал к Елене, чтобы разыскать меня. Она встретила тебя очень ласково. На ней было вечернее платье дразнящего красного цвета с вырезом до самой, извиняюсь, задницы.
— Бордового, — поправил ее Герман. Он так и остался стоять у плиты.
— Она усадила тебя в гостиной, там есть такой уютный уголок, мягкие кресла, ночничок. Предложила коньяк. Ты отказался, потому что за рулем. Она сказала, что тебе не обязательно уезжать прямо сейчас…