— Олег, я хотела тебя кое о чем попросить. — начала я, когда наша компания отошла от ворот в сторону озера.
— О чем угодно, мадам. — отвесил он шутливый поклон.
— Все шутишь? А ведь дела обстоят гораздо серьезней, чем может показаться. — и я рассказала ему то, что нам с Николашей удалось узнать за сегодняшний день.
Олег был ошарашен и долго пребывал в задумчивости, хмуря брови. Потом повернулся ко мне и с отчаянием спросил.
— Тань, за что? Чем мы с Ильей ей помешали? Ведь уже давно живем, как посторонние люди. Если раздражаем, скажи, и расстались бы спокойно. Неужели она думает, что я стал бы спорить или возражать?
— Так значит ты считаешь, что роль Натальи здесь не последняя? — осторожно спросила я.
Олег посмотрел на меня с таким удивлением, что я почувствовала себя тупой овцой, не понимающей очевидных вещей. Потом он потер лоб рукой и сказал.
— Извини, я забыл, что ты не в курсе, на чем основаны отношения между сестрами и их няней, иначе бы не спрашивала.
— Не понимаю. — сказала я.
— Сейчас объясню. Стержень, ось, костяк, центр, вокруг которого вращаются все интересы Анны и Клавдии — это Наталья. Клавдию она просто поработила, манипулируя ею с времен своего младенчества и до сегодняшнего дня. Она для Натальи денщик, няня, раба, секьюрити и ФБР одновременно. Она Цербер, сторожащий вход в пустую и бездуховную Натальину жизнь. Единственный человек, которого няня беспрекословно подпускает к обожаемой Натальюшке — это Анна. Но беспрекословность Клавдии зиждется на строгом приказе, типа: «Не трогать!», поступившем от Натальи. Я не сомневаюсь, если Наталья скажет «Фас!», Клавдия тут же разорвет Анну на мелкие куски, как впрочем и всякого, на кого в это время будет направлен указующий перст.
— А как же ты? Тебя-то она подпускала? Или тоже существовал высочайший приказ? — не удержалась я от ревнивого вопроса.
— Да я в этом просто уверен! Если бы ты знала, сколько раз я натыкался на непробиваемую Клавдию, когда мне нужно было повидать Наталью, а та была не расположена меня видеть. Никакие аргументы не способны были поколебать верную няню. Мне бы такого секретаря в офис — цены бы ей не было.
Неожиданно упоминание о секретаре заставило меня взглянуть на нас с Олегом с иной точки зрения. Я же совершенно ничего не знаю о нем. Где работает, с кем дружит, есть ли у него другая женщина, что он любит? Например, может же так быть, что одним из его развлечений на загородной вилле является заигрывание с гувернанткой сына, сопровождающееся прогулками по вечерам и нежными взглядами в ее сторону. А я не раз ловила на себе именно такие взгляды Олега. Неужели мне настолько не хватает мужского внимания, что я обычный дачный флирт принимаю за начало серьезных отношений? Но я же не прыщавая гимназистка, чтобы млеть под случайным мужским взглядом.
Я искоса посмотрела на Олега и мне вдруг страшно захотелось прямо в эту минуту получить хоть какое-нибудь доказательство его доброго расположения ко мне. Да что там — расположения! Я хотела доказательств, что не безразлична ему, что нужна и даже необходима. Чувства захлестывали меня и, наверное, выпирали из ушей, потому что Олег вдруг споткнулся на ровном месте, повернулся ко мне, и я готова была поклясться, в его глазах вспыхнули нежность и желание. Мы шагнули друг к другу и, Бог знает, что произошло бы дальше, если бы не голос Ильи, заставивший нас отпрянуть в стороны и прийти в себя.
— Пап, а Чиф по чужим грядкам гуляет!
— Бежим спасать чужие грядки! — смеясь сказал Олег и потянул меня за руку.
Чиф действительно бродил по чужому огороду, в который опрометчиво оставили открытой небольшую калитку. Олег, озираясь, проник на огород и вывел упирающегося пса. Пора было возвращаться и мы двинулись к дому.
— Ты, вроде бы, хотела меня о чем-то попросить. — вспомнил Олег.
А, да. Понимаешь, мы с Николашей хотим сегодня вечером проследить за Анной. Для этого ты должен спровоцировать ее на действия. Демонстративно пригласить к себе в комнату Илью перед сном. И еще — заткни чем-нибудь отверстие под подоконником, хватит уже вам с Ильей газом дышать.
— Хорошо, договорились. — согласился Олег.
На этом мы расстались и я пошла искать Николашу, чтобы обговорить детали предстоящей вылазки.
ГЛАВА 5
В девять часов вечера вся хозяйская семья собралась в холле перед телевизором, чтобы попить чай. Ольга подала поднос и ушла готовить спальни к ночи. Мы с Николашей, рискуя быть схваченными, просочились в коридор и дожидались, когда Ольга перейдет из комнаты Анны в другую спальню. Через пять минут девушка вышла и, даже не посмотрев в нашу сторону, скрылась за поворотом коридора. Мы с Николашей немедленно прошмыгнули в нужную дверь. Не теряя времени, я подошла к кровати, взяла в руки подушку и пошарила в наволочке. Сердце мое екнуло — там ничего не было.
— Что? — тихо спросил Николаша, видя мое замешательство.
Я, не отвечая, стала методично обследовать всю постель — шарфика не было. Тогда я встала посреди комнаты и огляделась. Пожалуй придется проверять все и делать это очень быстро и аккуратно. В бельевом шкафу шарфа тоже не оказалось. Николаша заметно нервничал и был прав, потому что, если нас здесь застукает Анна, то скандала не миновать. А может быть даже и увольнения, что сейчас было бы совсем некстати. Я пребывала в растерянности. Среди аскетической обстановки комнаты больше не было мест, где искать. Тут мой взгляд упал на узкую дверь в дальнем углу, я открыла ее и оказалась в туалетной комнате — душевая кабина, унитаз, раковина. Справа на крючке висел банный халат. Моя рука сама потянулась к карману халата и достала оттуда злосчастный шарф.
— Есть! — громким шёпотом сказала я Николаше и помахала шарфом.
— Фу. — облегченно вздохнул он. — Пошли скорее отсюда.
— Ты что? Его же нужно осмотреть и вернуть на место.
Я подошла к окну, чтобы было лучше видно. На первый взгляд вещь казалась совершенно целой, и я чуть не лопнула с досады, но не в моих правилах отступать. Под нетерпеливые вздохи Николаши я начала тщательно осматривать бахрому. С одного края все было в порядке, а вот с другого в одном месте бахрома была оторвана и длина ниток, как я помнила, совпадала с оставшимися на подзорной трубе. Я торжествующе сунула находку Николаше под нос и мы быстро удалились, не забыв положить улику на место. Меня не покидала уверенность, что впоследствии она нам очень пригодится.
Мы успели вовремя, потому что чаепитие уже практически закончилось. Илья увидел меня и подошел, чтобы я отвела его в комнату. И тут Олег, следуя нашему плану, громко сказал.
— Сын, пошли ко мне, пообщаемся.
Я кивнула Илье и они в обнимку с отцом скрылись в коридоре, а мне удалось перехватить красноречивый обмен взглядами двух милых сестричек. Наталья, глядя на Анну, слегка кивнула, а та прикрыла глаза, давая понять, что все сделает как надо. Вот змеи! Я повернулась, чтобы уйти, и увидела Клавдию Васильевну, наблюдающую за сестрами из-за пальмы. Ее взгляд выражал такое отчаяние, что мне стало не по себе. Можно подумать, что у нее личное горе. Но разгадывать взгляды было некогда, мы должны оказаться в саду раньше Анны. Точнее — это я должна, потому что Николаша уже наверняка там.
Я нашла приятеля в беседке, как и договаривались. Сумерки накрыли сад, и я засомневалась, будет ли что-нибудь видно. Но тут зажегся свет в комнате Олега, а следом и в комнате Натальи. До беседки свет не доставал, но под дубами стало гораздо светлее. Обе спальни были как на ладони. Мы увидели как Олег и Илья устроились рядышком на кровати и о чем-то оживленно заговорили. Наталья же, напротив, не стала ложиться, а нервно заходила по комнате. Я не сводила с нее глаз. Эта женщина меня очень интересовала. Я никак не могла понять, почему такой мужчина, как Олег оставляет ее полностью равнодушной. Не похоже, чтобы у нее был любовник. Она сидит за городом безвылазно, к ней никто не приезжает, а с Олегом, по его словам, у нее давно уже нет интимных отношений. Может она фригидна? Тогда это многое объясняет. Мои умственные изыскания прервало появление Анны из-за дальнего угла дома.