В первых числах октября 1944 года на 2-й Прибалтийский фронт прибыл командующий Ленинградским фронтом Маршал Советского Союза Л. А. Говоров. Ставка Верховного главнокомандования возложила на него координацию боевых действий 2-го и 3-го Прибалтийских фронтов по окончательному освобождению Латвии и ее столицы Риги.
Вот тогда-то мне впервые и довелось встретиться с этим прославленным суровым и мужественным полководцем. Во время боев на дальних подступах к Риге маршал Говоров, находясь у командующего фронтом генерала армии А. И. Еременко, вызвал к себе с докладами командующего артиллерией 2-го Прибалтийского фронта генерал-полковника П. Н. Ничкова и меня.
После нашего представления первая его фраза была:
— Доложите о группировке ваших частей и их состоянии.
Вначале об артиллерии докладывал генерал Ничков, опытный артиллерист, спокойный и уравновешенный человек. Он пытался доложить и о гвардейских минометных частях, но маршал остановил его: — «О ГМЧ доложит генерал Нестеренко».
Наши доклады он слушал внимательно, не перебивая, опустив голову, изредка исподлобья сурово поглядывая на нас, делая карандашом пометки в своем блокноте. После моего доклада он спросил, как мы планируем обеспечить части снарядами в динамике боя и сколько ожидается их на подходе. Получив ответы, он пристально посмотрел на меня и сказал: «С вашим сборником я ознакомлен. Хорошо, что Вы обобщаете боевой опыт». Затем спросил у генерала Еременко, какие у него к нам претензии.
— Претензий нет, — ответил командующий.
— Вы свободны, занимайтесь своими делами, — сказал маршал Говоров.
А через некоторое время из штаба фронта последовали боевые распоряжения о срочной переброске полков и бригад на усиление армий и дивизий, имеющих успех в продвижении.
Основные силы 2-го-Прибалтийского фронта нацеливались в обход Риги с юго-запада.
13 октября 1944 года войска 2-го и 3-го Прибалтийских фронтов с боями вошли в столицу Латвийской ССР город Ригу. Некоторые полки ГМЧ этих фронтов получили почетное наименование Рижских.
В ходе боевых действий с 14 сентября по 22 октября наши войска освободили Эстонскую и большую часть Латвийской и Литовской ССР.
38 фашистских дивизий группы армий «Север» были прижаты к мерю на Курляндском полуострове и 3 дивизии в Клайпеде.
После освобождения Риги 3-й Прибалтийский фронт был расформирован, его войска пошли в основном на усиление 2-го Прибалтийского. Так, к нам прибыли 10-я и 12-я гвардейские минометные бригады 28-й и 320-й гмп, которые ранее сражались у стен Ленинграда.
Войска Ленинградского фронта во взаимодействии с Краснознаменным Балтийским флотом продолжали вести упорные бои за освобождение островов, а войска 1-го и 2-го Прибалтийских фронтов с октября 1944 года по май 1945 года вели бои по ликвидации курляндской группировки врага.
Для руководства боевыми действиями по окончательному разгрому курляндской группировки фашистских войск в начале февраля 1945 года на 2-й Прибалтийский фронт, в литовский город Илокяй, снова прибыл Маршал Советского Союза Л. А. Говоров с командующим артиллерией генерал-полковником Г. Ф. Одинцовым, с Оперативной группой генералов и офицеров своего штаба. Под их общим руководством штаб фронта приступил к подготовке наступательной операции на участке 6-й гвардейской армии генерала И. М. Чистякова. Прорыв обороны противника намечался севернее Приекуле.
На направлении главного удара, в центре полосы прорыва, вводился 30-й гвардейский стрелковый корпус Ленинградского фронта. Он являлся одним из наиболее опытных и подготовленных стрелковых корпусов. На своем счету корпус имел восемь успешных операций по прорыву укрепленных полос обороны противника. На него и возлагалась главная задача. К этому времени он был полностью укомплектован, а его части хорошо обучены наступательным действиям.
Корпус из города Тарту перебрасывался по железной дороге эшелонами и к 14 февраля сосредоточился в полосе 6-й гвардейской армии, в районе Вайноде.
В это время 30-м гвардейским стрелковым корпусом командовал Герой Советского Союза генерал-майор А. А. Щеглов (ныне генерал армии), волевой и энергичный генерал, прекрасный товарищ. До войны мы с ним вместе учились на одном курсе в академии имени М. В. Фрунзе. Не одну сотню километров пробежали на лыжах во время тренировок и соревнований. По лыжам он был моим главным соперником и являлся капитаном курсовых волейбольных и баскетбольных команд, в которых участвовал и я. Оба мы прошли финскую кампанию и с первых дней Великой Отечественной войны тоже были на фронте. Но после окончания академии в 1939 году это наша первая встреча. Мы были ей бесконечно рады, вспоминали академические годы, но главной темой нашего разговора было предстоящее наступление. Я старался подробнее рассказать ему об особенностях боевых действий на нашем фронте, о сложной местности и серьезной обороне противника с применением танков и самоходных орудий. Я рекомендовал Щеглову настоятельно просить для усиления корпуса как можно больше тяжелых бригад и полков ГМЧ для обеспечения прорыва массированным и внезапным огнем.