Помню, как в августе 1939 года майор Е. М. Дроздецкий и я, только недавно окончивший Артиллерийскую академию имени Ф. Э. Дзержинского, были вызваны к начальнику отдела полигона майору Н. П. Полякову.
— Предстоит важная и срочная работа, — неторопливо и, как всегда, сухо и сугубо официально начал Поляков, обращаясь к нам и к военинженеру II ранга П. А. Кучменко, нашему начальнику отделения, вошедшему в кабинет раньше. В таком же официальном тоне он продолжал: — Более подробно вас проинформирует начальник отделения, а я поставлю основные задачи и требования. Главное — это качество и сроки испытаний, объективность во всем. Техника вам дается новая, необычная, поэтому внимательно изучите документацию и сами образцы после их поступления…
Так просто было получено задание, значение и важность которого мы тогда не сразу и не в полной мере осознали, но совершенно ясно представляли себе, что в данном случае имеется в виду не рядовое испытание. Предстояло провести полигонную проверку первых образцов пусковых установок и 132-миллиметровых осколочно-фугасных реактивных снарядов к ним.
Основную техническую документацию на пусковые установки и снаряды к ним мы получили в сентябре 1939 года. Одновременно поступило и дополнительное указание Главного артиллерийского управления, подписанное комкором В. Д. Грендалем, в котором говорилось о необходимости проведения испытаний таким образом, чтобы они носили сравнительный характер по определению боевых и эксплуатационных свойств пусковых установок обоих вариантов. В этом же документе указывалось, что работы по приказанию наркома обороны необходимо форсировать, а дату их начала донести телеграфом. Представителем Главного артиллерийского управления РККА на испытаниях назначался военный инженер II ранга В. В. Аборенков.
Началась очень беспокойная жизнь, до предела насыщенная заботами о высококачественном и ускоренном проведении работ для всех ее участников, и в первую очередь для руководителей испытаний, решавших не только технические, но и многие организационные вопросы.
Весь коллектив инженерно-технических сотрудников и рабочих полигона трудился не считаясь с личным временем, настойчиво преодолевая различные трудности, добиваясь безупречного выполнения всех работ, имевших отношение к испытаниям.
Безотлучно находился на полигоне Василий Васильевич Аборенков, с которым мне приходилось часто встречаться по служебным делам до и после испытаний. Человек он был образованный, доброжелательный и общительный, хотя по внешнему виду казался несколько суровым. В свои сравнительно немолодые годы он обладал завидной энергией и работоспособностью, здраво оценивал боевые возможности и перспективу развития реактивного оружия, делу отработки которого отдавал все свои способности и знания. И надо отдать должное: преодолев немалые трудности, он сумел довести дело до создания конкретных боевых образцов реактивной техники для сухопутных войск.
— Я верю в новое оружие, оно, безусловно, пробьет себе дорогу в войска, — говорил Василий Васильевич. — Надо, чтобы прониклись такой же верой все руководящие товарищи, особенно артиллеристы. В этом и заключается одна из задач наших испытаний.
Помню, что при этом он неоднократно с чувством большой симпатии и уважения упоминал имя заместителя начальника Главного артиллерийского управления (он же председатель Артиллерийского комитета) Владимира Давыдовича Грендаля, всемерно поддерживавшего разработку реактивного оружия и своими активными действиями, включая личные доклады в самые высокие правительственные органы, оказывавшего неоценимую помощь В. В. Аборенкову.
Перебирая в памяти активных участников полигонных испытаний первых образцов пусковых установок и снарядов М-13, не могу не назвать также профессора Ю. А. Победоносцева.
Он был всецело увлечен вопросами внешней баллистики реактивных снарядов, то есть законами полета снарядов в воздушном пространстве и факторами, определяющими важнейшие характеристики боевого действия: дальностью стрельбы и рассеиванием снарядов на местности при достижении ими цели.
Он лично буквально ощупывал своими руками каждый реактивный снаряд, подготавливаемый сотрудниками полигона к стрельбе, принимал участие в определении характеристик, могущих повлиять на правильность полета, а следовательно, сказаться на дальности полета и рассеивании снарядов.
Ю. А. Победоносцев, продолжительное время работавший в области ракетной техники, уже тогда был ученым с большим практическим опытом. Внешне он выглядел еще молодым человеком, в обращении был прост и общителен, а его наряд — кепка, длинное кожаное пальто и ботинки с крагами — мало что говорили о профессорском звании.