«Кочующие установки» держали врага в постоянном напряжении. Они появлялись там, где их никто не ожидал, и нередко прямой наводкой били по переднему краю. Такая тактика изматывала неприятеля, приносила ему большие потери в живой силе и технике, уничтожала его огневые точки.
В начале июля фашисты, подтянув свежие силы, нанесли мощный удар по нашей обороне юго-западнее Ладожского озера. Наступление началось ранним дождливым утром. Главный удар их был направлен на деревню Гайтолово. Медленно, подминая мелкий кустарник, двигались серо-зеленые танки. Свыше шестидесяти бронированных машин, ведя огонь на ходу, приближались к нашему переднему краю. Следом шла пехота.
Советские солдаты, находясь в залитых водой окопах, понимали, что сдержать стальную лавину будет нелегко, что бой предстоит тяжелый. И вдруг пасмурное небо расчертили огненные молнии. Это заговорили «катюши» 12-й гвардейской минометной бригады, которой командовал Сергей Андреевич Кутании. Из окопов наши бойцы видели, что творилось вокруг фашистских танков. Все окуталось дымом и пламенем. Настоящий кромешный ад. Машины останавливались, из них выскакивали гитлеровцы и в страхе бежали куда попало. Но везде их настигала смерть.
Вражеское наступление было сорвано. После этого боя советские бойцы прониклись такой любовью к родным «катюшам», что, когда рядом разворачивались гвардейские минометные дивизионы, у них поднималось настроение. Заслышав в воздухе их свистящее «дыхание», они улыбались, и кто-нибудь обязательно говорил: «Ну, держись, фашист проклятый, сейчас угостит тебя наша „катюша“. Это тебе за все!» И удары гвардейцев действительно сокрушали все укрепления гитлеровцев. Не было им спасения ни в блиндажах, ни в дзотах, ни в окопах и укрытиях.
Во второй половине июля 1943 года намечалось наступление наших войск в районе Мги. Мгинская операция готовилась самым тщательным образом. В неприятельский тыл отправлялись разведчики, чтобы захватить «языка» и выявить группировку сил противника. Все на фронте знали, что, когда «катюши» открывали огонь, враг, как правило, прятался в укрытия. Это и было использовано при поддержке разведгруппы. Мы давали два-три залпа по переднему краю противника, загоняли фашистов в землю, и за это время разведчики успевали проникнуть в тыл к гитлеровцам, вели там наблюдение, захватывали «языка» и возвращались обратно.
Наступление началось в районе деревни Вороново. Передний край неприятельской обороны был сильно укреплен. Оборонительные линии проходили сразу же за крутым берегом реки Поречье, высота которого достигала в некоторых местах 7 м. Далее, за проволочным заграждением, шло минное поле, за ним — фронтовая траншея шириной до 1,5 м, по обе стороны которой на участке в 280 м насчитывалось четырнадцать пулеметных, семь минометных и три противотанковые огневые точки, не считая врытых в землю танков. Здесь же была отрыта двадцать одна ячейка для стрелков. Траншеи соединялись ходами сообщения, которые тянулись от фронта в тыл, до самой деревни. Между ними гитлеровцы установили дзоты, укрытия и блиндажи. В глубину на 100–200 м были расположены противотанковые заграждения, состоящие из завалов и надолб. Система огня перекрестная, а местность вокруг хорошо пристреляна.
Взломать такую оборону — дело нелегкое, поэтому пехота очень надеялась на помощь «катюш». В районе деревни Вороново действовал 29-й гвардейский полк, которым командовал майор Григорий Антонович Мисник, и 7-я гвардейская бригада под командованием талантливого офицера Михаила Григорьевича Григорьева.
Наступило утро 22 июля. Моросил мелкий дождь. Все батареи заняли свои огневые позиции, ждали только сигнала. 5 часов 45 минут. Пасмурное небо озарилось огненными всполохами. Это 7-я бригада дала залп из всех своих установок. Вторя ей, пять залпов сделал 29-й полк. Загрохотали орудия нашей артиллерии. Артподготовка длилась два с половиной часа. После этого стрелковые дивизии (286, 256 и 364-я) двинулись в наступление и в яростном рукопашном бою захватили первую и вторую полосы обороны противника. Наши реактивные снаряды сделали свое дело — взломали укрепления врага. На пути пехоты не осталось ни одного неразрушенного дзота. Земля вокруг была буквально перепахана взрывами мин.
Начались тяжелые бои на так называемом Мгинско-Синявинском плацдарме. В районе Тортолово — Поречье в бой вступила 12-я гвардейская минометная бригада. Восточнее Любани действовала 10-я гвардейская минометная бригада. С ее командиром полковником Юрием Александровичем Каморным мы воевали еще на Центральном фронте. И вот теперь встретились здесь, под Ленинградом, да еще в такие жаркие деньки.