— Да, я вам говорю, меня пыталась ограбить группа студентов. Завели в переулок возле академии и начали избивать…
Чуть пройдя вперед, я заметила щуплого паренька, сидящего на стуле перед офицером полиции который со скучающим видом записывал его слова в специальный бланк.
Не желая привлекать к себе внимание и мешать рассказу парня, я аккуратно прошла мимо них и сделала вид, что изучаю стенд с новостями полиции и фотографии работников месяца.
Тем временем офицер задал вопрос пареньку, желая уточнить детали произошедшего:
— Вы знали их раньше?
— Нет, то есть да, мы пересекались в коридорах, я могу назвать имена парочки из них…
— Так вы их знали?
Полицейский откровенно скучал и не скрывал этого, он снисходительно смотрел на паренька ожидая его ответов, а тот нервничал и запинался, начав путаться в показаниях.
— Нет, не знал, — наконец сказал он, — Они встретили меня, окружили и вывели на улицу.
— Что они сделали дальше?
— Избили, начали кричать про мою слабость, что я не достоин учиться здесь…
— Здесь, это где? Где вы учитесь?
— Я учился в академии героев…
Учился? Так значит парнишка решил уйти оттуда после инцидента. Почему это мне кажется знакомым? Переулок, студенты, академия…
— Когда это произошло?
Парень замялся.
— Эм-м-м, почти две недели назад, — тихо сказал он.
Точно! Это его я нашла в переулке. Вокруг еще лежали покалеченные студенты. Мне тогда по-хорошему надо было завести дело, но я решила замять это, чтобы иметь давление на Джесс. Ведь ее запах чувствовался там отчетливее всего. Правда, удивительно, то, как она смогла справиться с такой толпой молодых суперов.
— Почему решили заявить об этом только сейчас? — спросил коп, ничуть не меняясь в интонации.
Итак понятно, почему решил сообщить, идиот! Парень боялся, потом забрал документы и понял, что теперь ему ничего не угрожает, вот и пришел сюда.
Черт, если они начнут расследование, то помешают моему, плюс я потеряю рычаг давления над той девчонкой.
Бесит!
Но к моему удивлению, вселенная решила преподнести мне неожиданный подарок. Я не особо когда-либо получала подарки, кроме уродливого шрама на все лицо, когда меня заперли с собаками в клетке, поэтому отношусь к ним с крайним подозрением. Ведь никогда не знаешь, из какой коробочки с бантиков в тебя прилетит острое лезвие или еще какая-нибудь острая штука.
Парень что-то говоривший полицейскому, встал и вышел из здания. Затем тот, кто записывал его показания положил бланк в папку и поставил на нее печать с надписью «Архив». Я ее сразу узнала, у всех такие есть. Позволяет отправлять закрытые дела в архив с помощью курьера, гуляющего по этажам с тележкой.
Это странно… Почему дело не открывают и не расследуют?
Перестав пялиться на стенды и плакаты созданных для гражданских лиц, чтобы те начали хоть немного уважать полицию, я подошла к тому офицеру.
— Эй, почему дело не передают наверх? — скрещиваю руки на груди, чтобы показаться страшнее.
Хотя с моим шрамом на морде и клыками я и так страшнее некуда. И это видит не только мое треснувшее зеркало в ванной, но и полицейский, сидящий за столом.
Он бледнеет. Медленно. Так медленно, что мне удается увидеть, как кровь отступает от кожи исчезая где-то в недрах его тела, а глаза, наоборот, выпячиваются сильнее чем у испуганного мопса.
Его руки, державшие ручку, задрожали, и он сразу же бросил ее на стол.
— Х-х-х-хау…
— Только попробуй закончить это слово, и я обещаю, что воткну ручку тебе в руку, — тихо прошипела я, хватая ручку с его стола.
Раздался стук об столешницу заставивший всех подскочить. Разжав кулак, я продемонстрировала ему сломанную пластиковую ручку, сердечник которой торчал из лакированной поверхности стола.
— П-простите! — громко пропищал он, бросая взгляды полные мольбы по сторонам.
Но как правило, все начали игнорировать его. Меня здесь боятся также сильно, как и не любят. От этого у меня во многих вопросах развязаны руки, и я точно знаю, что никто мешать особо не будет. Кроме начальства. Куда без него.
— Повторяю вопрос, для особо тупых офицер! Почему не передали дело наверх?
Сверлю его взглядом. Еле сдерживаюсь, чтобы не начать улыбаться словно довольная мартовская кошка после случки.
Его испуганное лицо надолго останется в моей памяти. Это я себе гарантирую.
— П-приказ начальства, сэр… мэм! П-п-п-простите!
Тут он уже начал хватать ртом воздух, и я поняла, что надо перестать давить на парня. Отклонившись назад чтобы больше не нависать над ним подобно Дамоклову мечу, я изобразила некое удивление на своем уродливом личике с примесью недоверия.